Архив Ноябрь, 2014

СЕКРЕТ ГИПЕРХИМИЧЕСКОГО ПОЛУЧЕНИЯ ЗОЛОТА ИЛИ ТАЙНА ЖОЛИВЕ-КАСТЕЛЛО

Возлюбленные чада! Все Философские писания, трактующие о высокой Герметической Медицине, суть не что иное, как лабиринт, в котором ученики искусства впадают в тысячи заблуждений и избирают ложные пути. Никто ещё из них до сего дня не обрёл истинный выход.
Ибо ежели блуждающим сим и представляется иногда лёгкий путь, по-видимому, к истинным внешним вратам их ведущий, то вскоре являются им неисповедимые закоулки, которые устрашающихся заключают в вечные темницы. Симже образом и в книгах мудрых представляются иногда лёгкие и явственные пути, которые при первом на них воззрении кажутся гладкими и лёгкими но ежели неосторожный работ ник им последует, то в бесчисленные заблуждения впадает. К сему присовокупляется ещё и то, что многие ложные огня работники обманывают многих ложными и злыми заключениями, продавая им ложь, и чрез химические работы свои и бумаги, которыми они легковерным обещают златые горы, посевая волчцы, пшеницу собрать желают. Чрез сие, будучи побуждён состраданием, предлагаю вам разумные и на истинном, естественном Искусстве основанные правила, которые назвал я моею настольною книгою и Химическою псалтирью. Ибо все искусство ясно и, так сказать, в картине очам вашим предлагается. Рассуждайте о правилах сих, рассмотрите, осмыслите их и утвердите ими разум ваш, и тогда избежите заблуждений. Ибо кто верит всякому обманщику без различия, тот самопроизвольно обманут бывает. Истинное Искусство окружено многими заблуждениями, которые вас легко сбить с толку могут.
И сего ради, прежде начатия работы, разберите причины естественных вещей с мудрым и непоспешным разумом; или не предпринимайте лучше дела сего: лучше употребить время на другие науки и здравые размышления, нежели претерпевать благозаслуженное наказание за дерзость и глупую бессмысленность.
Препоручаю вас Богу.

Писано в 1522 году.

1. Что ближе всего к совершенству, то легче всего в совершенство приводится.
2. Несовершенное ни чрез какое искусство совершенного не приемлет, ежели наперёд не будет очищено от смешанных с Меркурием и серою земных серы и нечистот, в чем совершенное лекарство удерживает преимущество.
3. Несовершенное сделать постоянным без духа и серы совершенного есть дело невозможное.
4. Философское небо разлагает все металлы в их первое вещество, то есть в Меркурий.
5. Кто пытается превращать металлы в Меркурий без Философского неба или без металлической живой воды (aqua vita) и соли, тот весьма заблуждается; ибо появляющаяся в Меркурии от других средств разведения нечистота может быть видимою даже невооружённым глазом.
6. Ничто совершенно постоянным сделаться не может, что нерушимо с постоянным соединено не будет.
7. Растопляемое золото может быть превращено и обращено в кровь.
8. Чтобы серебро сделать постоянным, не должно разводить его ни в порошок, ни в воду, ибо через сие разрушится оно до основания; но надлежит неотменно привести оное опять в Меркурий.
9. Серебро (кроме как чрез физическую тинктуру) не может быть превращено в золото, ежели не будет сделано текучим Меркурием. Таковым же образом и о прочих металлах судить должно.
10. Несовершенные тела приводятся в совершенство серебром и превращаются в чистое золото, ежели наперёд превращены в Меркурий и белою или красною серою к силе огня приуготовлены.
11. Каждое несовершенное тело, чрез предварившее возвращение в Меркурий и последовавшее за тем варение с серою на собственном огне, приводится в совершенство. Ибо из сего рождаются золото и серебро. Заблуждаются и тщетно работают те, которые Солнце и Луну хотят приуготовить другим образом.
12. Железная сера есть наилучшая. Будучи смешанной с золотою серою, она производит лекарство.
13. Не родится Солнце, если не было наперёд Луны.
14. Естество составляет вместе и варит минералы их мало-помалу; и сим образом все металлы производит оно из единого корня, до самого последнего конца металлов, который есть золото.
15. Меркурий съедает золото, разводит его в Меркурий и делает летучим.
16. Камень составлен из серы и Меркурия.
17. Ежели приуготовление Меркурия не изучено будет у искусившегося художника, то чрез чтение книг оно не приобретётся.
18. Приуготовление Меркурия в философский менструум называется также умерщвлением.
19. Исполнение сего Великого Делания превосходит все таинства природы; и ежели кому от Бога или от художника не откроется и делом не покажется, тот никогда из книг к оному не достигнет.
20. Сера и Меркурий суть вещество камня. Сего ради нужно знать Меркурий, дабы избрать лучший; благодаря чему камень сделается скорее.
21. Некоторый Меркурий сокрыт в теле и готов без всякого иного приуготовления; но трудное искусство извлечь его оттуда.
22. Меркурий не может быть превращён в золото или серебро и сделан быть постоянным, кроме как посредством Великого Делания.
23. Развести и сделать постоянным есть одно и то же; делается тою же вещью и в том же сосуде.
24. Что съедает Меркурий и делает его неподвижным, то же и красит его через одну и ту же работу.
25. При сём деле наблюдать должно четыре степени огня: в первом Меркурий распускает своё тело; во втором Меркурий высушивает серу; в третьем и четвёртом Меркурий делается неподвижным.
26. Вещи, повсюду между собою смешанные, через малейшее нерушимо связуются, как, например, снег в воде смешивается.
27. Разные простые вещи чрез гниение своё производят другие.
28. Форма и вещество неотменно должны быть единого рода.
29. Сера и меркуриальная сила одного рода, он производит золото и серебро; и сера есть оное чистое золото и серебро, не в том виде, в котором мы видим глазами: но чрез который они в Меркурий разводятся.
30. Без Философского разведения золота в Меркурии может из золота извлечена быть твёрдая масленность, которая вместо ферментации служит к рождению золота и серебра и для сокращения дела употребляется. Гебер называет оную Ребис.
31. В Меркурии разведённые металлы могут быть опять составлены в тело, ежели прибавится к ним несколько кисления; иначе сохраняют они беспрестанно вид Меркурия.
32. Философское небо, или винный камень, превращающий все металлы в Меркурий, есть металлическая живая вода мудрых. Так они разведённые дрожжи и называют.
33. Сера и Меркурий состоят из одинакового естества.
34. Философский камень есть не что иное, как золото и серебро, которое одарено совершенною и драгоценною тинктурою.
35. Золото и серебро имеют в собственном роде своём столь много достаточных богатств, которые чрез приуготовление их могут быть приведены и превращены в естество и силу кисления, что количество оных может быть умножено.
36. Два высочайших крайних конца находятся в Меркурии, то есть: великая незрелость и весьма великое отварение.
37.Мудрые наблюдают правило сие: что каждая сухая вещь тем скорее впитывает влажность своего рода.
38. Известь применённого серебра впитывает поспешно свой Меркурий, это и есть минеральное основание мудрых.
39. Сера есть душа; Меркурий же вещество.
40. Меркурий чрез серу несовершенных металлов сам делается твёрдо-несовершенным телом и превращается в металлический род того несовершенного тела, коего серою сделался он жёстким и твёрдым.
41. Совершенно невозможно из серы несовершенных металлов получить золото и серебро. Каждая вещь не может дать ничего более того, что в себе имеет и содержит.
42. Меркурий есть женское семя всех металлов и менструум их, ежели искусством искусного работника к сему приведён будет: ибо через исполнение Великого Делания приемлет он и проходит свойства всех металлов, до самого золота.
43. Дабы тинктура получила красный цвет, Меркурий должен быть одушевлён единым златоокислением; ежели же хочешь иметь цвет белый, то среброокислением.
44. Философское дело может быть сделано с лёгкою работою и без великих издержек, во всяком месте, во всякое время и каждым человеком, ежели только имеет подлинное и достаточное вещество.
45. Сера из золота и серебра содержит духов в их родах.
46. Сера золота и сера серебра суть истинные мужские семена камня.
47. Все, что имеет содержащуюся в нем и неподвижно творящую силу, неотменно должно быть твёрдо и пребывающе.
48. Тинктура, несовершенному совершенство присвояющая, проистекает из источника Солнца и Луны.
49. Кто употребляет серу Венеры, тот заблуждается.
50. Венере не дано ничего от естества, необходимого для исполнения Великого Делания или пригодного к совершению Солнца и Луны.
51. Примечай: ежели Солнце обращено в Меркурий прежде совокупления менструума его, то оно ни душою, ни кислением даже серою быть не может и ни к чему не полезно.
52. Когда дело приведено будет к концу, то чрез повторжение может оно стать огненным.
53. Для сокращения дела совершенные тела должны быть приведены в текучий Меркурий и в сухую воду: дабы приняли кисление.
54. Приуготовление Меркурия, совершаемое чрез сублимацию (и происходящее затем возбуждение), есть лучше, нежели делаемое чрез амальгамацию.
55. Душа не может принять иного вида, как только от приходящего духа, который есть не что иное, как золото, обращённое в Меркурии.
56. Меркурий приемлет образ Солнца помощью духа.
57. Разведённое в Меркурий золото есть дух и душа.
58. Сера мудрых, тинктура и кисление значат одно и то же.
59. Обыкновенный Меркурий делается равным всем телесным Меркуриям и подобию их и естеству подходит всего ближе.
60. Кисление делает Меркурий тяжелее весом.
61. Ежели обыкновенный Меркурий не будет одушевлён, то ни к частному, ни к универсальному ничего не приносит.
62. В истинно умерщвлённом Меркурии впечатлена уже душа.
63. Золото может быть приготовлено к кислению таким образом, что одна часть может одушевить десять частей; сие дело не имеет конца.
64. Меркурий совершенных тел находится в сердцевине обыкновенного Меркурия и тел несовершенных; но искусство извлечь его оттуда есть самое труднейшее.
65. Иногда обыкновенный Меркурий через возвержение камня превращён бывает в Солнце или Луну; через что он возвышается и сделан быть может равным телесному Меркурию.
66. Обыкновенный одушевлённый Меркурий есть величайшее таинство.
67. Меркурий всех металлов с прекращением делания превращается в золото или серебро.
68. Влажная и тихая теплота огня называется Египетскою.
69. Достойно примечания, что мать обыкновенного серебра не есть серебро, но некоторый Меркурий, который свойствами своими равняется Луне.
70. Металлическое серебро мужского естества.
71. Обыкновенный Меркурий из-за неплодоносной хладности принимает естество женское.
72. Меркурии полуметаллов имеют великое сходство с естеством серебра.
73. Все вещи произведены через Солнце и Луну, то есть из двух сущностей.
74. Муж и жена, то есть Солнце и Меркурий, соединяются в одно.
75. Обыкновенный Меркурий без приуготовления не годится к делу.
76. Четыре Сатурна, Меркурий и Солнце совершают сочетание золота, то есть мужского и женского кисления.
77. При завершении разведения золото вновь обращается в Меркурий.
78. Без гниения никакое разведение не совершается.
79. Гниение продолжается и распространяется до белизны.
80. Очищение духа есть великое таинство, чрез которое приуготовляется менструум; ибо чрез сие разводится золото.
81. Меркурий разводит золото в образе воды его, то есть в текучий Меркурий, который есть он сам.
82. Разведение есть основание сушения жидкостей.
83. Когда золото обратится в текучий Меркурий, то недолго остаётся оно в том же виде.
84. Кисление высушивает Меркурий, делает его тяжелейшим и постояннейшим.
85. Солнце называется Философским кладезем.
86. Вещество обращается чрез гниение в густоту, или ил, который есть начало сгущения жидкостей.
87. Есть ещё более лёгкий путь, посредством которого у золота и серебра отнимается их сера; этим путём всякий Меркурий постоянно превращается в золото и серебро.
88. Вещество не должно никогда снимаемо быть с огня. Кто поступает иначе, тот портит дело.
89. Когда вещество достигло чёрного цвета, то нужно употреблять вторую степень огня.
90. Мытье мудрых есть только подобие, ибо единый огонь все совершает и улучшает.
91. Яд и нечистота прогоняются силою огня без всякого прибавления. Один огонь сей все производит.
92. Огонь через проницающую силу свою очищает и возвышает во сто крат более, нежели какая ни есть вода.
93. Как скоро при жизни и при рождении какой-либо вещи огонь погасает, так же скоро нападает смерть на вещь растущую.
94. Дух есть теплота.
95. Вещество, достигшее белого цвета, не может уже быть растлено.
96. Всякое растление вещества означается смертным ядом.
97. Склянка, или сосуд, называется матерью.
98. Так же как тяжесть до бесконечности умножаться не может, так и сила серы не может быть далее распространённою, нежели только до некоторых пропорциональных пределов.
99. Надлежит отметить вопрос: для чего мудрые вещество камня своего называют менструум?
100. Сера заслуживает названия формы, а менструум материи.
101. Менструум представляет маловажные и низкие стихии, то есть землю и воду; сера же оба вышние, огонь и воздух, как мужские действующие существа.
102. Ежели ты разобьёшь яичную скорлупу так, что яйцо выльется, то ничего доброго не сделается. Равным образом, ежели ты откроешь сосуд и вещество ощутит воздух, то никогда ничего не сделается.
103. Кальцинация Меркурия в реверберирной печи гораздо лучше всякой другой.
104. Изречения философов надлежит прилежно примечать, ибо через сублимацию разумеют они разведение тел в Меркурий посредством огня первой степени; сему последует вторая работа, которая есть напоение Меркурия серою; третье есть делание Меркурия неподвижным в совершившемся и совершенном теле.
105. Число заблуждающихся и отрицающих бытие Меркурия бесчисленно, поскольку он есть в своём виде; они же такого мнения, что с совершенными телами амальгамированная известь и есть субъект камня и вещества.
106. Белое лекарство приводится в совершенство в огне третьей степени. Но прежде белого лекарства не надлежит употреблять степень сию; иначе дело испортится.
107. Четвёртая степень огня рождает красное вещество, в котором являются многие цвета.
108. Ежели дело после белого цвета не приведено будет до высочайшей красноты, то пребудет оно несовершенно, касательно не только белой, но и красной тинктуры; и сим образом оставляется оно мёртвым, доколе не достигнет красноты
109. После пятой степени Персидского огня вещество получает новые силы.
110. Дело не завершено, ежели лекарство не делается подобным мази и как воск.
111. Дело угощения совершается тремя или четырьмя мерами Меркурия, который есть начало камня.
112. Увощение белого лекарства производится через белую воду, без одушевлённого серебром Меркурия. Увощение же красной тинктуры производится через Меркурий, одушевлённый золотом.
113. Довольно уже, ежели вещество после увощения уподобится свинцу или тесту.
114. Повторяй увощение столь долго, пока не выдержит совершенного опыта.
115. Ежели Меркурий, которым упоено лекарство, будучи обращён в дым, улетает от него, то сие ничему не вредит, не смущайся, ибо вещь сия опять упадёт вниз.
116. Когда лекарство хорошо упоено, то изъясняет оно загадку о Царе, из кладезя возвращающемся.
117. Ежели золото, которое обыкновенным Меркурием приведено в первую меркуриальную воду свою, простынет, то дело портится.
118. Мудрые сохраняют вещество, натурою приуготовленное и сваренное, и иногда приводят оное в первое вещество; ибо каждая вещь, возвращаясь туда, где она имеет своё начало, расходится неразделимо, подобно как снег в воде.
119. Мудрые приводят годы в месяцы, месяцы в недели, а сии во дни.
120. Первое варение Меркурия, натурою совершаемое, есть единственная причина несложного совершенства его, которого он превзойти не может. Ибо должно помогать несложности его, когда наше золото ищут в собственной земле его, которая есть не что иное, как чистый Меркурий, мало и несовершенно естеством варенный.
121. Через второе варение Меркурия после естественного сила Меркурия умножается в десять крат.
122. Но меркуриальный камень делается чрез повторяемое варение с прибавлением золота; и сим образом как муж, так и жена варятся двоекратно.
123. Золото кладут в Меркурий для того, чтобы оно разведено было в серу. Потом варится оно в Философский камень.
124. Каждые рассматривают ежеминутно Философский Меркурий, однако же не познают и не разумеют его.
125. Каждый Меркурий, какого бы происхождения он ни был, праведно содержит вещество камня и хорошо сохранил оное.
126. Всякая вещь, из которой извлечь можно Меркурий, подвержена Философскому лекарству.
127. Кто писание мудрых приемлет и разумеет буквально, тот заблуждается весьма грубо; ибо все они говорят, что только один есть Меркурий.
128. Каждый Меркурий превосходит другой в теплоте, сухости, варении, чистоте и совершенстве, ежели он приуготовлен без уничтожения и потери вида его и от излишества своего очищен; в этом и состоит сокровище и таинство камня.
129. Ежели бы приуготовление обыкновенного Меркурия любителям мудрости известно было, то не было бы нужды искать более Философского Меркурия, также никакие другие металлические и меркуриальные жизненные воды; ибо приуготовление обыкновенного Меркурия все сие в себе содержит.
130. Каждый металлический и минеральный Меркурий посредством постепенного восхождения может быть выварен и возвышен до свойств других меркуриальных тел, даже до золотых. Оттуда же может он быть приведён к силе и свойству всякого желаемого металлического тела.
131. Обыкновенный Меркурий прежде надлежащего приуготовления не есть Философский Меркурий; после же приуготовления прилагается ему имя Философского Меркурия; ибо тогда содержит уже он в себе точный способ и истинный путь, позволяющий извлекать Меркурий из других металлов. Он же есть начало величайшего делания.
132. Когда обыкновенный Меркурий приуготовлен, то должно почитать его за металлическую живую воду.
133. Страждущий Меркурий и менструум не должны терять внешнего вида Меркурия.
134. Кто вместо текучего Меркурия употребляет сублимированный или в порошке кальцинированный, или даже преципитированный, таковой заблуждается и весьма себя обманывает.
135. Кто для совершения философского дела превращает Меркурий в чистую воду, тот весьма заблуждается.
136. Произвести Меркурий из чистой обыкновенной речной воды может одна только Природа, и никто иной.
137. Неотменно требуется в великом физическом делании, чтобы сырой Меркурий превратил золото в Меркурий.
138. Когда Меркурий приведён обратно в воду, тогда разводит он и золото в воду; а для делания камня весьма нужно, чтобы он разведён был в Меркурий.
139. Семя и менструум должны иметь одинаковый внешний вид.
140. В учении мудрых сказано, что мы необходимо должны побуждать естество. Итак ежели менструум сух, то тщетно ожидать разведения.
141. Семя камня должно быть принято в виде подобном и близком металлам.
142. Необходимо воспринимать семя Философского лекарства, которое заключает в себе обыкновенный Меркурий.
143. Таинство всех таинств камня есть то, чтобы знать, что Меркурий есть вещество и в то же время менструум и что Меркурий есть вид тел совершенных.
144. Меркурий один сам по себе мало способствует к рождению.
145. Меркурий есть стихия земли, к которому надлежит приложить одну грань Солнца.
146. Семя золота не состоит единственно в умножающем множестве, но также и в силе оного.
147. Совершенный Меркурий для дела рождения требует жену.
148. Каждый Меркурий происходит из двух стихий и в них участвует: сырой из воды и земли; варёный из огня и воздуха.
149. Кто хочет Меркурий приуготовить и возвысить в металл, тот должен приложить несколько кисления, дабы он мог быть возвышен до таковой металлической степени, как нам хочется.
150. Высочайшее таинство всего дела состоит в физическом разведении в Меркурий и в возвращении в первое вещество.
151. Разведение золота должно производиться согласно природе, а не чрез ручную работу.
152. Когда золото соединится или сочетается со своим Меркурием, то приобретёт вид золота, большее же приуготовление находиться будет в извести.
153. Задача между мудрыми: когда Меркурий серебра соединён будет с Меркурием золота, имеют ли они место в Философском менструуме?
154. Меркурий серебра содержит естество мужское; но два мужа столь же мало рождать могут, как и две жены.
155. Эликсир состоит в том, чтобы он был извлечён и чтобы избрана была чистейшая сущность Меркурия
156. Кто хочет работать, да работает в разведении и возгонке при двух свечах.
157. Золото делает золотой цвет, а серебро серебряный; но кто умеет красить золотом или серебром Меркурий, тот постигает тайну.

Дружелюбный читатель!

Теперь ты имеешь философские правила, без которых, кто бы ты ни был, не сможешь достигнуть желаемого конца. Употребляй их с благодарным сердцем. Будь благодетелен, благочестив и богобоязнен. Действуй с благоразмышлением и не предпринимай никаких работ, пока не будешь иметь совершенного понимания вещей. Тогда уже, несомненно, в страхе Божием, можешь приступать к делу. Премудрость, которой ты служишь, ни в каком счастье тебе не откажет. Живи счастливо и будь блажен!

ПРЕДИСЛОВИЕ

НЕМЕЦКАГО ПЕРЕВОДЧИКА

Получив недавно драгоценную третью часть сочинения Голландова книги минеральной (что мне весьма было мило, а еще милее, что она теперь в тиснении является, и посему от любителей не может быть сокрыта) я ее публиковал, и поелику сочинение сие по мнению моему ни в чем не уступает прочим его творениям, не щадил я ни времени ни трудов., пока не перевел ее, получивши все книги вместе, на Немецкий язык для вспомоществвоания своим сотрудникам, о коей пользе они по прилежном чтении сами уже удостоверятся. Я  не сомневаюсь также, чтобы мы в скором времени из печати на латинском и немецком языках: большую часть сочинений сего великаго мужа, в которых мы наибольшую имеем нужду; но желательно бы было, чтобы две первыя части его книги минеральной с Нидерландского исправнейшаго издания, а не с Латинскаго языка, от кого нибудь (ибо я времени к тому сам не имею) рачительно и верно на наш язык были переведены; поелику Латинскому переводу не во всем верить можно, да и переводчик сей книгу о вине не так, как бы надлежало, перевел; да хотя бы Латинское издание и было справедливо, однакож между нами много и таких, которые сего языка не разумеют. Те, кои вопреки представляют, что в сочинениях Голландовых нет важности, показывают свое непросвещение, и по мнению моему уничтожив все прочия химическия книги, выключая Василия Валентина и Парацельза, из одного Голланда весьма многому научиться можно. Работавший несколько лет по неправым путям, по прочтиении книги Голланда, найдет учиненныя свои погрешности живо изображенныя, даже и впредь могущия случиться заблуждения, которых он теперь по наставлению Голланда избежит: и хотя прежнее чтение напечатанных его книг не столько принесло плода, сколько надеялись, от недоразумения его печей и орудий, на кои сочинитель во всяком случае ссылается, но сии теперь в третей части минеральной книги достаточно мною описаны и изображены так, что я имею надежду, что теперь чрез мое тщание и прилежность можно от Голланда большую получить пользу. Известно мне в сочинении сем еще одно препятствие многих может быть от чтения удерживающее: оно состоит в том, что сочинитель имел в себе порок столь часто повторять все тоже, что многим не токмо досадно, но даже несносно покажется; даже я сам признаться должен, что в переводе держася подлинника, сие меня весьма много беспокоило. Но читатель должен знать, что люди бывают различных свойств и что некоторым нельзя довольно часто все тоже напоминать так, что для них то мало, что для любителей краткости много сказано; сверх тогож не прилично было бы в сочинениях славных мужей нечто переменять, а кольми паче выпускать. Похвала по справедливости  сочинениям нашего автора мною приписываемая и присоветывание оныя читать совсем не показывают того, чтобы я старался каждаго грубаго человека уговорить неомовенными руками плескаться в высокой науке, работая без всякаго размышления. Нет! Мнение мое совсем противно; я еще предсказываю тем, кои его во многих местах по словам будут разуметь, не изследывая смысла сказанного, что будут тщетен иметь труд; ибо сей самой Голланд смыслящих наставит, а неразумеющих еще более совратит. Сожалетельно, что не все его творения, как он их по порядку писал, в одну книгу собраны, так как Арнольд Девилланова и многие другие; ибо уповательно, что он не токмо писал об одной химии, но даже много и о медицине, будучи весьма искусным медиком: но Бог знает! Куда девались все его сочинения, и даже до сего часа никто не может подать ни малейшего известия о месте ни времени его рождения и жительства, даже из тиснения находящихся сочинений нельзя различить, что писал Голланд отец и Голланд сын; но что они оба писали, сие из многих мест явствует, и что Голланд отец, так как и его прадеды в химическом искусстве весьма много успели, поелику в книге о сатурне упоминается, что Голланда прадед изобрел свинцовое философическое масло, что древним не было известно. По изчислению выходит, что сей его прадед жил во времена раймунда Луллия, писавшего по крайней мере за сто лет прежде Голланда сына, ибо сей Луллий в одном своем писме к королю Руперту, упоминает также о таковом философическом свинцовом масле, называя новым открытием и наиважнейшей тайной, казавшеюся древнм почти невероятную, поелику маслом сим философический камень после первой фиксации в 30 дней совершенно отделать можно. Отсюда явствует, что Голланд не без причины учинился столь великим мастером наследивши так сказать один из всей своей фамилии все тайны. Все приводящия в свидетельство его сочинения списывают один от другого Иоанн Исаак Голланд, что по мнению моему однако несправедливо, а надлежало бы Иоан Исааков сын Голланд; ибо Голландцы дают своим детям токмо одно имя, а отечество к тому произходит от отцовскаго имени с приложением к тому слова сен сын, так что чаятельно по Нидердандски младший Голландова сын Иоанн Исааксен, то есть Иоан Исаака сын назывался, о чем здесь упомянуть было не прилично. Нашему автору приписываются еще некотрыя другия сочинения, так например De Oleo Stibii, что без сомнения есть то самое сочинение, которое под именем Баконовым в триумфальной колеснице Василия вместе находится, хотя по самому слогу можно приметить, что оно из рук Голландовых, также открытие наиважнейшей ручной работы филозофического камня, о серах и проч: коих я еще не видал, но получивши не премину любителям сообщить. Я прошу напротив того тех, кои достанут или уже имеют у себя чьи нибудь сочинения, чтобы они мне возмерили тоюже самою мерой, юже я им мерял, и издали их в печать, дабы мы любители могли оныя читать, поелику как кажется писаны они с тем намерением. Если происходящее от них добро должно распространиться, то должны таковыя книги быть в руках людей, ибо лежа взаперти никого из людей не увидят, и при всем том учинивши всевозможное мало приносят пользы, будучи принуждены преодолеть много трудностей. Во первых нескоро сыщется такой человек, который бы имел от Бога дар основательно писать, и по совершении книги трудно избежать ей завистников, кои бы ее на веки из одной зависти не сокрыли; избежавши же сея опасности частослучается, что попадается в руки непонимающих; а естьли сыщутся и такие, кои во всем по словам успеют, то препятствие состоит еще в том, может ли таковым людям ради недостоинства их книга сия помочь и возможно ли нам слабым людям в содействии добра не сипытать превратностей, когда уже Всемогущаго Иисуса исправление малым было в пользу. Таким образом не надлежит и скрывать хороших книг, ибо оне немного добра чинить могут, умалчивая о том, что их наперед совершенно разуметь должно; на против того безполезных книг великое множество и ежегодно оных еще как вредныя насекомые ( под сокрытыми имянами но со старыми баснями, так пишет Гиппократ, Гален, Лютер, Аугустин и проч, что прежде начатия чтения оной надлежит повторить тысяча дурачеств и оныя для важности имени ученых мужей почитать) высиживаются, когда большая часть таковых сочинителей сами в наставлениях имеют нужду и прежде учения других сами должны бы были, что они однако же делают совсем напротив. Не имея дарований за деньги заставляют себе давать о учености свидетельства, подобно как бы простую воду по данному лживому письму выдавать за драгоценное вино. Хотя весьма странно о сем слышать, однакож в сем свете не редко случается, что молодые люди за деньги получают степень знания, не успевши выходить двух лет в школу, даже которых соседы незадолго перед тем видали в ребяческие игры играющих; откуда же получают они разум писать столь большие книги, к чему по справедливости требуется отменный от Бога дар и долголетный опыт? Не смотря на то, таковыя безсмысленные книги раскупаются. Дай Бог, что бы сии исчезали, а напротив того сих славных мужей, коих чрез 50 или 100 лет едва один сыщется, сочинения более умножались! Сколько уже лет прошло, что Парацельз жил, а мы еще и доныне не имеем его гербариум (собрание трав) так же не достает нам большая часть сочинений несравненного Карихтера. Все скрывающие таковые творения, кто бы таковы не были, суть без изъятия явные воры. Но довольно о сем. Сим препоручаю себя в Божие покровительство. Писано в феврале месяце 1667 года.

Как утверждает историк Андрей Синельников, алхимическое дело на Руси было поставлено на весьма широкую ногу и ничем не уступало Западу. Есть немало упоминаний об алхимиках в средневековье. Существуют даже книги по данной тематике, например, известная и очень интересная работа Олега Фомина по истории алхимиков Поволжья.
Имеются упоминания о русских алхимиках в трудах арабских, персидских и европейских путешественников. Егор Классен, к примеру, писал, что Германия XIX века использовала русские горные наименования. Так же он пишет, что еще до Р.Х. Русь обиловала золотом даже в тех областях, где золотой руды не было. Этот факт может объясняться как торговлей, так и успешным алхимическими опытами.
Достоверно известно, что на службе у Ивана Грозного состоял некий Бомелий Элизиус, т. н. «лютый волхв» (дохтур Елисей). Снискавший нелестные отзывы потомков (Карамзин называл его «негодяем и бродягой»), лютый волхв, тем не менее, весьма успешно предсказывал мятежи и бунты, был астрологом, магом, создателем изощренных ядов и алхимиком.

По просьбе Ивана IV королева Елизавета прислала Роберта Якоби, известного не только своими успехами в лечении многих болезней, но и алхимическими опытами.
Алхимия на Руси
Первое упоминание о алхимии на Руси относится к концу XVI века. Прознав о неком человеке из Твери, который «перепускал» (переделывал) серебряную и золотую руду, Федор Иоаннович повелел доставить его ко двору, чтобы тот повторил то же самое. Но, как известно, у алхимика ничего не вышло.
Интересовался алхимическими опятами и Борис Годунов, который ездил посмотреть на «преинереснейшие опыты» в Хорошево.
Мало кто знает, но именно в России в начале XVII века при Михаиле Федоровиче был написан первый учебник по алхимии. Автором его был Джон Ди, путешествующий по России под псевдонимом Диева Артемия Ивановича.
Весьма интересен царский указ за 1663 г.: «во Гжельской волости для аптекарских и алхимических судов приискать глины». А чуть позже при Петре I Берг-коллегия уже искала купоросную руду в Селенской, Гжельской волостях, и Московском уезде. А, как известно, купорос является третьим необходимым элементом наряду с философской ртутью и философской серой для получения золота химическим путем.
Труды по алхимии писали и местные ремесленники. Очень примечательны в сохранившемся «Сказании о всяких промыслях и указы…» явно алхимические рецепты. Например, «Указ, как золото твореное составить» (т. е., как сделать золото). Данная рукопись хранится в Московском историческом музее