Архив рубрики ‘Труды Учителя’

Я, Филипп Теофраст Бомбаст Парацельс, утверждаю, что Божьей милостью существует много путей к открытию способа приготовления тинктуры философов. Гермес Трисмегист египетский дошел до этого своим путем. Грек Орфей следовал тому же процессу. Араб Али с успехом применил другой прием. Немец Альберт Великий употребил более сложный способ.

Различными путями они достигли той же цели, обеспечив себя богатством и долголетием в этой долине скорби.

Я, Филипп Теофраст Бомбаст Парацельс, король арканов, получил от Бога некоторые дары, благодаря которым все желающие постичь «великое делание» должны подражать мне и следовать мной, будь они итальянцы или французы, поляки или немцы Ваше место за мной великие философы, астрономы и химики.

Я научу вас, алхимики и доктора, почерпнувшие свою славу в моих великих указаниях, возрождать тела.

Я познакомлю вас с арканом, тинктурой, или квинтэссенцией, открывающей все тайны. Всякий может ошибиться и должен полагаться лишь на испытание огнем. В химии, как и в медицине, всегда следует ждать, когда огонь отделит правду от лжи. Свет Природы указывает нам то, что мы должны признавать. Лишь благодаря превосходнейшим указаниям Природы…

Я могу уверить вас, что все, кто до меня хотел изучить эту область, следуя своим вдохновениям, остались в дураках. Следуя же моим советам, люди облагородятся. Но, придерживаясь собственных тщеславных методов, и благородные опошляться.

Оставим в стороне варку, возгонку, дистилляцию, отражение, растворение, извлечение, сгущение, брожение, образование осадков; инструменты, стекла, реторты, изогнутые трубы, герметические сосуды, глиняные чаши, горны и отражательные печи; мрамор и уголь — и только тогда мы с пользой сможем отдаться алхимии и медицине.

 

Касаемо Сульфуру Киновари

Возьми же минеральный Циннабар и приготовь его следующим образом. Три часа вари его с дождевой водой в каменном горшке. Затем очисти тщательно и раствори в Царской Водке, которая должна быть составлена из равных частей купороса, селитры и нашатыря. Другая формула это купорос, селитра, квасцы и соль простая. Перегоняй это в алембике, смешай снова и разделяй тщательно чистое от нечистого. Пущай сие путрифицируется в лошадином навозе около месяца, затем следует разделить стихии следующим образом. Ежели испустит знак (Знак-это ничто иное, как след, оставленный операцией. Дом построенный архитектором знак его ремесла, которым его мастерство и искусство определяются. Таким образом, знак  является достижением сам по себе), то приступай к дистилляции через алембик с огнем первой степени. Вода и воздух будут подниматься; огонь и земля останутся внизу. Затем соедини их снова, и постепенно растирай с золой. Так вода и воздух будут подниматься первыми снова, и затем элемент огня, который искушенный Артист распознает. Земля останется на дне сосуда. Соберии ее затем. Этого многие ищут, но находят некоторые.

Сия мертвая земля в ревербераторе будет тобой приготовлена согласно правилам искусства и после этого добавь огня первой степени на пять дней и ночей. Когда время это истечет, примени огонь второй степени на одинаковое число дней и ночей и действуй по правилам Искусства с приложенным материалом. По прошествии времени найдешь летучую соль, подобную тонкой щелочи, содержащую Аструм Огня и Земли. Смешайте его с двумя сохраненными элементами Воды и Земли. Снова помести на золу на восемь дней и ночей, и ты найдешь то, чему не уделяют должного внимания многие Артисты. Раздели сие согласно твоему опыту и согласно правилам Спагирического искусства, и у тебя будет белая земля, из которой цвет был извлечен. Присоедини стихию огня и соль к алкализированной земле. Дигестируй в пеликане дабы добыть эссенцию. Затем новая земля будет отложена и ее в сторону убери.

Касаемо Красного Льва

Опосля возьми льва в пеликан, которого ты также нашел первым, когда увидел его тинктуру, которая, как сказано, элемент огня который становися выше воды, воздуха и земли. Отдели его от остатка растиранием. Таким образом ты будешь иметь истинное Aurum potabile. Посласти его винным спиртом выливши его туда, а затем перегоняй в алембике до той поры пока никакой кислотности не останется в Aqua Regia. Се Масло Солнца, закрытое в герметически запечатанной реторте, ты должен поместить для возвышения, дабы оно вознеслось и удвоилось в степени. Затем поставь сосуд, по прежнему плотно закрытый, в прохладное место. Таким образом, оно не растворится, но коагулируется. Снова поставь его на возвышение и коагуляцию и повторяй три раза. Вот так будет произведена Тинктура Солнца, совершенная в степени. Храни в потайном месте.

Касаемо Красного Льва

Возьми купорос Венеры, тщательно приготовленный согласно правилам Спагирического искусства, и добавьте туда элементы воды и воздуха, которые были припасены. Разведи и поставь путрефицироваться на месяц согласно предписаниям. Когда путрефакция завершится – узришь ты знак элементов. Раздели, и скоро ты увидишь два цвета, а именно, белый и красный. Красный выше белого. Красная тинктура Витриола так могуча, что краснит все белые тела и убеляет все красные, что чудесно. Работа над этой тинктурой означает реторту, и ты получишь первым явление черноты. Лечить ее надо тако же с помощью реторты, повторяя операцию до тех пор, пока не выйдет белизна.

. Иди, и не отчаивайся от работы. Ректифицируй пока не найдешь истинного, ясного Зеленого Льва, который ты сразу узнаешь по его большому весу. Ты увидишь, что он тяжелый и большой. Это Тинктура, прозрачное золото. Ты увидишь чудесные знамения этого Зеленого Льва, не купить его за все сокровища Римского Льва. Счастлив тот, кто научился, как найти его и использовать его для Тинктуры!
Это истинный и неподдельный Бальзам, бальзам небесных звезд, не позволяющий никаким органам предаваться распаду, не позволяя проказе, подагре, водянке укорениться. Его дают в дозе одного грана, если он ферментирован из Сульфура Золота.

Ах, Карл Германии, где твое сокровище? Где твои философы? Где твои врачи? Где ваши любители отваров, которые по крайней мере послабляют и отдыхают и отдохнуть? твое небо поменялось местами? Твои звезды сошли с своего курса, и они забрели на другую орбиту, подальше от линии ограничений, поскольку твои глаза будут поражены слепотою, как карбункул, и многое другое, представлющее орнамент, красоту и пышность? Если бы твои художники знали, что их принц Гален — они говорят, что нет никого, подобного ему — свалился в ад, откуда он и посылал письма мне,  то захотели бы сделать крестное знамение на себя лисьим хвостом. Таким же образом и твой Авиценна сидит в тамбуре инфернального портала; и я спорил с ним о его питьевом золоте, его настойке философов, его квинтэссенции, и философском камне, его Митридатике, его териаке, и всем прочем.. О вы, лицемеры, которые презирают эти истины явленные настоящим врачом, который сам научен природой, и сын самого Бога! Придите и слушайте, самозванцы, превосходные только своей высокой должностью! После моей смерти, мои ученики будут прорываться вперед и вытянут вас к свету, и выставят ваши грязные лекарства, которыми вы уже добились к сему времени смерти князей, и самых непобедимых магнатов христианского мира. Горе для шеи в Судный день! Я знаю, что монархия будет моя. Моими также будут честь и слава. Не то, чтобы я хвалю себя: сама природа хвалит меня. От нее я родился; ей я следую. Она меня знает, и я ее знаю. Свет, который я узрел в ней; снаружи тот же, я уже доказал то же на схеме микромира, и нашел его в этой вселенной.

Но я должен продолжить свой труд, чтобы удовлетворить своих учеников в полной мере своего желания. Я охотно сделаю это для них, если только искушены они в свете природы и основательно практикуются в астральных делах, чтобы они, наконец, стали адептами философии, что позволяет им знать природу каждого вида воды.

Возьми, потом, жидкость минералов, которую я описал, четыре части по весу, Земли красного Солнца две части; Сульфру солнца часть одну. Сложи их вместе в пеликан, конгелируй и раствори три раза. Так ты получишь Тинктуру Алхимиков. . Мы здесь не описали ее вес: но это дается в книге о Трансмутациях.

Итак, тот, кто обладает одной к тысяче унций Аструм Солис также окрасит его собственное тело Солнца.

Если у вас есть Аструм Меркурия, таким же образом, ты будешь окрашивать целое  тело обычной ртути. Если у тебя есть Аструм Венеры, ты, подобным образом, окрасишь целое тело Венеры, и изменишь его в лучший металл. Эти факты были доказаны. То же самое должно также быть понято для Аструма других планет, таких как Сатурн, Юпитер, Марс, Луна и остальные. Касаемо Тинктур также приготовляемых из них: в отношении которых мы не упоминаем в этом месте, потому что мы уже посвятили им достаточно в книге о Природе вещей и в Архидоксе. Так, слишком, уж сказано достаточно о первой сути мталлов и земных минералов было, достаточно ясно для алхимиков, чтобы позволить им сделать Тинтуру алхимиков.

Эта работа, Тинктура алхимиков, не нуждается девяти месяцев, но быстро, и без каких-либо задержек, ты сможешь продвинуться в Спагирическом искусстве Алхимиков, и, в продолжение сорока дней, ты можешь фиксировать это алхимическое вещество, возвысить его, растлить его, заквасить его, коагулировать его в камень, и произвести Алхимический Феникс. Но следует отметить, что Сульфур Киновари становится Летающим Орлом, чьи крылья, летят без ветра, и влачат тело Феникса в материнское гнездо, где он питается стихией огня, и птенцы добывают его глаза: откуда возникает белизна, делится в своей сфере, в сфере и жизни вне своего собственного сердца, бальзамом своей нутряной сути, согласно свойству каббалистов.

ПОЛЕЗНЫЕ ПРИМЕЧАНИЯ

1 ЗНАК ничего более, чем след, оставленный при операции. Дом, построенный по проекту архитектора-это знак его ремесла, которым его мастерство и искусство определяется. Таким образом, знак является самимдостижением. – De Colica.

2 Земля также имеет свой Аструм, конечно, свой порядок, так же, как твердь небес, но свойственный элементу. Так же есть Аструм в воде, как в земле, и в воздухе и огне. Следовательно, верхний Аструм имеет Аструм элементов для средних и действует через них непреодолимым влечением. Благодаря этой операции верхнего и нижнего Аструма, все оплодотворяется, и приходит к своем концу. — — Explicatio Totius Astronomia Без Аструма элементы не могут процветать. … В Астрме земли все небесные операции процветают. Сама Аструм скрыт, тела проявлются. … Движение земли обусловлено Аструмом земли. … Есть четыре Астры в человеке (соответствующие четырем стихиям), ибо он есть малый мир. — De Caducis,

3 Aurum Potabile, то есть, питьевое золото, Масло золота, и Квинтэссенция золота, выделяются таким образом. Питьевое золото-это золото, приспосабливаемое для пития путем смешения с другими веществами и жидкостями. Масло золота — масло извлеченное из драгоценного металла без добавления чего-либо. Квинтэссенция золота это  краснота золота извлеченная оттуда и отделеннаяот тела металла. —

4 Если медь будет истолчена и сольвирована без коррозивного, у тебя есть Витриол. Из этого может быть подготовлена квинтэссенция, масло и их Ликер. — De Morbis Tartareis. . Медный купорос является купоросом, приготовленным с медью. — — De Morbis Vermium Par. 6. Халькантум присутствует в Венере, и Венера может сепарацией редуцирована быть в Халькантум Chirurgia Magna. Pars. III., Lib. IV.

5 Се, действительно, рассеянный через все вещи Бальзам созданный Богом, без которого гнилость бы всем завладела. Таким образом, в трупах, которые помазаны бальзамом мы видим, что распад задержан и приостановлен и таким образом в физическом теле есть естественная и врожденная бальзам, в отсутствии которого в жизни человек не будет в безопасности от гниения. Ничего не удаляет бальзама, кроме смерти. Но этот вид отличается от того, что чаще называют бальзам, что консервирует живых, и мертвых. — Chirurgia Magna, Pt. II., Tract II., c 3 Составление бальзама требует специальных знаний в области химии, и он был впервые обнаружен алхимиками. — Ibid., Pt. I., Tract II., c. 4.

6 трудно определить трактат, на который здесь делается ссылка. Это не представляется седьмой книгой о природе вещей, ни последовавшим трактатом про Цементы. Общий вопрос о естественных и искусственных весах обсуждается в Авроре философов. Нет отдельной работы по Трансмутациям дошедешей до нас.

7 Ведомо, что Феникс-это душа Илиастра (то есть, первый хаос материи всех вещей). … Это также илиастическая душа в человеке. — — Liber Azoth, S. V., Practica Lineae Vitae.

Реклама

Книга, повествующая о порождении естественных вещей

Всё, что естественно, порождается двояким образом: бывает это от Природы и безо всякого Искусства, а бывает благодаря Искусству, например, алхимическому, хотя, как правило, следует говорить о том, что получается нечто из земли посредством разложения. Ибо разложение есть высочайшая степень и первопричина порождения. А разложение от жара влажного происходит. Ибо от постоянного влажного жара все в природе трансмутирует из своей первоначальной формы и сущности вместе со своими качествами и особенностями в нечто иное. Ибо как разложение в кишечнике приводит к трансмутации всяческой пищи в помет, так разложение в сосуде, безо всякого участия кишок, вызывает трансмутацию всего из одной формы в другую, из одной сущности в другую, из одного качества в другое, из одного цвета в другой, из одного запаха в другой, из одного набора свойств в другой, одним словом,— из одного в другое. Ибо известно и опытом повседневным доказано, что многие вещи, здоровые и целебные, после своего разложения становятся дурными, нездоровыми и даже ядовитыми.

А потому, с другой стороны, немало существует вещей, дурных, нездоровых, ядовитых и вредных, которых разложение делает хорошими, и теряют они свое злое действие, и становятся они целебными. Ибо великое воздействие оказывает на вещи разложение, и хороший тому пример дает нам Святое Евангелие, где Христос говорит нам: «Если зерно пшеничное не посадить в поле, и не разложится оно там, то не принесет оно плода сторичного». И потому следует знать, что есть на свете вещи, которые через разложение преумножаются, и притом таким образом, что приносят прекрасные плоды. Ибо разложение — это изменение и смерть всего на свете и разрушение первичной сущности всех естественных предметов, и от него происходит восстановление и новое рождение, в десять тысяч раз лучшее, чем прежде.

А потому разложение — это первый шаг и начальный этап воспроизводства, и чрезвычайно необходимо понимать этот процесс как следует. И есть у разложения много разновидностей, и есть среди них такие, что способствуют воспроизводству лучше, нежели другие, и есть такие, что делают его быстрее, чем другие. Мы также сказали уже, что жар и влага представляют собой первый уровень и начало разложения, который порождает все, подобно тому, как курица порождает яйца. И потому в разложении и через него все становится клейкой слизью и живой материей, чем бы оно ни стало впоследствии. Пример тому яйцо, где содержится влажная слизь, которая от продолжительного воздействия жара разлагается и обретает жизнь в живом цыпленке; и жар этот не обязательно от курицы происходить должен, но и от любого подобного источника. Ибо с помощью такого жара яйца могут созреть в сосуде или же в золе и стать живыми птицами. И любой человек может привести яйцо к зрелости своими собственными руками и произвести на свет цыплят так же, как это делает курица.

И следует тут отметить еще следующее. Если живую птицу запечатать в сосуде из тыквы и зарыть в золу с огнем третьего уровня, и затем разложить ее самой высокой степенью разложения в venter equinus так, что она превратится в клейкую слизь, и слизь эта снова может созреть, и восстановленная и обновленная, станет вновь живой птицей, и слизь, птицу породившая, вновь обретет свое вместилище. Так мертвых можно оживить через восстановление и очищение, которые есть великое и совершенное чудо Природы. И с помощью описанного процесса любых птиц можно убивать и вновь возвращать к жизни. И это величайшее и прекраснейшее чудо и мистерия Господня, откровенная Богом смертному человеку. Ибо должен ты знать, что таким путем и людей можно создавать без естественных отца и матери; а именно, не естественным путем от женщины, но искусством и мастерством опытного Алхимика может быть рожден человек и выращен, как это будет далее описано.

Никоим образом не должно нам забывать о сотворении гомункулов. Ибо существует в этом вопросе некая истина, хотя и на  протяжении долгого времени содержавшаяся в самой оккультной форме и тайно, тем временем как среди прежних Философов не было в этом вопросе и малейшего сомнения касательно того, возможно ли для Природы и Искусства, чтоб человек был получен без женского тела и естественного чрева. И далее утверждаю я, что никоим образом не противоречит это Алхимическому Искусству и Природе, а наоборот, вполне возможно. Дай человеческому семени разлагаться самостоятельно в запечатанном сосуде из тыквы через высочайшее разложение venter equinus в течении сорока дней, либо же до тех пор, пока не начнет она жить, шевелиться или приходить в движение каким-либо иным образом, что легко заметно станет. То, что получится, будет в некоторой степени как человек, но при этом прозрачно и тела лишено. И если после этого ежедневно питать его и вскармливать терпеливо и осмотрительно эликсиром человеческой крови и так содержать его на протяжении сорока недель, согревая его постоянно и равномерно теплом venter equinus, то получится затем настоящее живое дитя, все члены которого такие же, как у ребенка, рожденного женщиной, только намногоменьшего размера. Оно называется гомункулом; и следует его затем воспитывать с величайшим старанием и усердием, пока не вырастет оно и не начнет выказывать разумность. И сие есть один из величайших секретов, открытых Господом смертному и грешному человеку. И это есть чудо и диво Господне, эликсир эликсиров, и надлежит хранить его в тайне до последних времен, когда не станет более ничего скрытого и все на свете сделается явным.

Также необходимо упомянуть и о воспроизводстве металлов, но поскольку достаточно было нами написано в нашей книге Воспроизводство металлов, здесь мы коснемся его лишь вкратце и только в одном моменте, в той книге опущенном.

Знай же, все семь металлов порождаемы тремя веществами, а именно: Ртутью, Серой и Солью, но только лишь с явственными и своеобразными расцветками. И в этом отношении истинно сказал Гермес, что все семь металлов созданы и составлены из трех субстанций, и подобным образом образованы также Тинктуры и Философский Камень. И назвал он субстанции эти: Дух, Душа и Тело. Но не дал он указания, как это следует понимать и что он имел под этим в виду, хотя возможно вполне, что знал он о трех принципах, но не упомянул о них. А потому не говорю я, будто он ошибался, но что умолчал он.

А теперь, дабы были поняты должным образом эти три принципа, а именно: дух, душа и тело, скажем, что означают они не что иное, как Ртуть, Серу и Соль, которыми все семь металлов порождаются. Ибо Ртуть — это дух, Сера — это душа, а Соль — это тело. Металл, соединяющий дух и тело, о котором говорит Гермес,— это душа, которая на самом деле есть Сера. Она соединяет две противоположности, тело и дух, и превращает их в единую субстанцию. Но это не должно понимать так, будто бы из любой Ртути, из любой Серы и любой Соли искусство Алхимии и огонь способны породить семь металлов или же Тинктуру и Философский Камень, поскольку эти семь металлов должны порождаться в горах Археем земли. Алхимику же легче произвести трансмутацию металлов, нежели породить или изготовить их. Тем не менее живая Ртуть суть мать всех металлов и потому заслуживает имени Матери Металлов.

Книга, повествующая о созревании и росте всего в природе

Достаточно понятно и всякому хорошо известно, что все на свете растет и созревает через тепло и влагу, и ясный пример тому дает солнце после дождя. Никто не сможет отрицать того, что дождь делает землю плодородной, и все должны признать, что всякий плод вызревает на солнце. И поскольку, по Божественному установлению, подобное возможно в Природе, кто станет возражать или откажется поверить в то, что подобную силу может обрести человек, если терпеливо и тщательно овладеет он Искусством Алхимии, и сможет тогда бесплодное сделать плодородным, незрелое зрелым и заставить все что угодно преумножаться и расти?

Писание говорит нам, что Бог подчинил все сотворенное Им человеку и передал ему как бы в собственность, чтоб он всем пользоваться мог для своих надобностей и чтоб владел он и рыбами морскими, и птицами небесными, и всем на свете без исключения. И потому надлежит человеку радоваться, ибо просветил его Господь и одарил его таким образом, что все творения Божий вынуждены ему подчиняться и принадлежать, в особенности же земля, вместе со всем, что ею порождаемо, всеми, кто живет и передвигается на ней и в ней. И поскольку видим мы собственными своими глазами, что чем чаще и изобильнее дождь увлажняет землю, а солнце высушивает ее вновь своим теплом и сиянием, тем скорее плоды ее растут и созревают. И поскольку все эти плоды способны подобным образом расти и созревать вне зависимости от времени года, пусть не удивляется никто тому, что алхимик может, при помощи разнообразнейших пропитываний и возгонок осуществлять подобное. Ибо что есть дождь, как не пропитывание земли? И что есть тепло и сияние солнца, как не процесс возгонки, экстрагирующий влагу? И потому говорю я, что с помощью таких действий возможно среди зимы из семян и корней и при помощи земли и воды выращивать зеленые травы, цветы и  плоды. А если это возможно с травами и цветами, то и с другими подобными вещами тоже, такими, как, к примеру, все минералы. И несовершенные металлы потому могут созреть с помощью минеральной воды через искусство и усердие опытного алхимика. Так, все колчеданы, граниты, цинки, мышьяки, тальки, висмуты, сурьма и прочие содержат в себе незрелые Солнце и Луну и с помощью только лишь возгонки и пропитывания могут дозреть и сравняться с золотом и серебром.

Подобным же образом дозревать и совершенствоваться могут Эликсиры и Тинктуры металлов.

Возможно также для опытного алхимика своим искусством и усердием воздействовать и на золото таким образом, что прорастет оно в сосуде из тыквы многочисленными чудесными ветвями и листьями, и эксперимент этот будет в немалой степени удивителен и для глаза очень приятен. Для этого проделай следующее. Пусть золото кальцинируется при помощи царской водки, пока не превратится в меловую известь; помести ее в сосуд из тыквы и залей хорошей и свежей царской водкой, а также водой более, чем на четыре пальца. Экстрагируй затем третьей степенью огня, пока возгонка не прекратится. Потом вновь залей полученной водой и опять экстрагируй так же, как и прежде. Делай так, пока не увидишь, что Солнце взошло в сосуде и проросло в форме дерева со многими ветвями и листьями. Так от Солнца получается прекрасный и дивный кустарник, алхимиками именуемый Золотым Растением, или Философским Древом. С прочими металлами проделывать надлежит то же самое, за исключением того, что кальцинацию в некоторых случаях нужно производить иначе, и крепкая водка может также потребоваться другая. Однако в этих подробностях ты, ежели опытен в Алхимическом Искусстве, сумеешь разобраться самостоятельно.

Книга, повествующая о жизни в природе

Никто отрицать не сможет того, что воздух дает жизнь всему телесному и субстанциальному, что земля рождает и производит. А что касается того, какова и какого рода жизнь  бывает, следует знать, что жизнь есть не что иное, как духовная сущность, вещь не видимая и не осязаемая, а духовная и сама по себе собственно дух. И нет в ней ничего телесного, но скрывается в теле дух и жизнь, которая, как мы уже сказали, сама есть не что иное, как вещь духовная.

Но не только то живо, что движется и совершает действия, как люди, животные, черви в земле, птицы под небесами, рыбы в море, но и все, что есть телесного и субстанциального на свете. Ибо следует нам знать, что Господь в начале творения всех вещей не создал такого тела, чтоб не имело оно своего духа и чтоб не содержало оно этот дух в себе неким  оккультным образом. Ибо что есть тело без духа? Совсем ничего.

И так устроено, что дух заключает в себе качество и силу предмета, а вовсе не тело. Ибо в теле есть смерть, и тело смертно, и нечего в теле искать, кроме смерти. Ибо тело  разрушено может быть самыми разнообразными способами, а дух не может, ибо всегда он  живым остается и жизнь от него неотъемлема. Также он и в теле жизнь поддерживает, а при отделении тела от него остается оно само по себе и умирает, и возвращается туда, откуда оно взялось, а именно в хаос и в воздух верхнего и нижнего небесных сводов.

А потому очевидно, что духи бывают разных видов, подобно тому, как разными бывают тела. Есть духи небесные и духи преисподней, человеческие духи и духи металлов, духи солей, самоцветов и колчеданов, духи мышья ков, напитков, корней, жидкостей, плоти, крови, костей и прочего. А потому следует тебе знать, что дух есть самое истина жизни и бальзам всего телесного. А теперь мы перейдем к его видам, и опишем в подробностях, хотя и как возможно кратко, жизнь всякой вещи в природе.

Итак, жизнь всех людей есть не что иное, как некий астральный бальзам, бальзамическое воздействие, огонь небесный и невидимый и воздух, в нем содержащийся, а также дух соли, что примешалась. А точнее я определить ее не способен, хотя могут быть предложены и другие определения. Однако самое главное и наилучшее — вышеуказанное, а об остальных, менее важных, мы умолчим.

Жизнь металлов суть скрытая жирность, которую они получают от Серы. Это видно при их плавлении, ибо все, что расплавляется огнем, делает это за счет своей скрытой  жирности. И если бы это было не так, то ни один металл нельзя бы было привести в жидкое текучее состояние, как это мы можем наблюдать в случае с железом и сталью, в которых меньше Серы, чем во всех остальных металлах, и жирность их меньше, а потому они имеют более сухую природу, нежели прочие металлы.

Жизнь Ртути — не что иное, как внутренний жар и внешний холод. А это значит, что изнутри она дает тепло, а снаружи — охлаждает; и в этом отношении уместно уподобить ее одеянию из меха, которое, подобно Ртути вызывает и тепло и холод. Ибо если человек наденет одеяние такого рода, то оно согреет его и защитит его от холода; но если он оденет его мехом к своему обнаженному телу, то одеяние охладит его и защитит от чрезмерной жары. И так сложилось, что еще с самых древних времен и даже вплоть до наших дней плащи из меха носят и летом, и зимой, и в равной степени для защиты от холода, и от жары; и летом их носят мехом наружу, а стороной, лишенной меха,— внутрь, но холодной  зимней порою их надевают мехом внутрь, а наружу — лишенной меха стороной. И как обстоит дело с меховой одеждой, так обстоит оно и с Ртутью.

Жизнь Серы суть горючая, зловонная жирность. И покуда она пребывает в горении и распространяет вокруг свой дурной запах, можно говорить о том, что она жива.

Жизнь всех солей суть не что иное, как дух крепкой водки: ибо если воду от них отделить, на дне останется то, что зовется мертвой землею.

Жизнь самоцветов и кораллов заключается, скорее, в их цвете, который может быть у них отнят посредством духа вина. Жизнь жемчужин — в их яркости, которую теряют они при кальцинации. Жизнь магнита есть дух железа, который можно экстрагировать и отделить очищенным vinum ardens, или духом вина.

Жизнь кремней представляет собою слизь. Жизнь колчеданов, талька, кобальта, цинка, гранитов, висмута (или грубого олова) — это металлический дух сурьмы, который обладает способностью передаваться. У мышьяка, аурипигмента, серного мышьяка, реальгара и подобных веществ жизнь суть сгущенный в минерале яд.

Жизнь волнообразных субстанций, таких как помет человека и животных,— в их сильном и зловонном запахе. Когда он уходит — они умирают.

Жизнь ароматических субстанций, а именно: мускуса, амбры, цибетина и прочих веществ, источающих сильный, сладкий и приятный аромат, есть не что иное, как сам их приятный запах. Потеряв его, они становятся мертвы и бесполезны.

Жизнь сладких веществ, таких как сахар, мед, манна, кассия и прочих подобных им,— в их нежной сладости и способности передавать ее; ибо сладость может быть отделена возгонкой или очисткой, и тогда эти вещества умирают, теряют свой смысл и всякую ценность.

Жизнь смол, таких как караба, терпентин или камедь — это блестящая склизкая жирность. Из них получаются прекрасные лаки; когда теряют они свою способность и перестают блестеть, то умирают.

Жизнь трав, корешков, яблок и прочих плодов подобного рода есть не что иное, как влага земная, которую они немедленно теряют, как только их лишают доступа к земле и воде.

Жизнь дерева — это некая смола. Дерево, лишенное смолы, не может более расти.

Жизнь костей суть жидкая mumia. Жизнь плоти и крови заключается не в чем ином, как в духе Соли, который защищает их от зловония и гноя, а прекращается она, когда у них забирают воду.

Что касается жизни стихий, необходимо тут сказать следующее. Жизнь воды — в ее течении. Когда она затвердевает под воздействием холода небес и превращается в лед, она умирает и вся сила, способная причинить вред комулибо, уходит из нее, поскольку никто тогда не сможет в ней утонуть.

Так, жизнь огня суть воздух, ибо воздух заставляет огонь пылать сильней и порывистей. От всякого огня исходит воздух, способный затушить свечу или поднять легкое перышко, что каждый своими глазами пронаблюдать может. И потому всякий живой огонь, ежели закрыть его или лишить его возможности испускать воздух, задохнется и умрет.

Воздух живет сам собой и дает жизнь всем другим вещам. Земля, однако, сама по себе мертва, но ее собственная стихия — это невидимая и оккультная жизнь.

Книга, повествующая о смерти в природе

Смерть всех вещей в природе есть не что иное, как изменение и лишение присущих им сил и качеств, исчезновение способностей их к добру и злу, поражение и разрушение их  прежней природы и возникновение новой, иной природы. Ибо следует знать, что много есть вещей, которые живыми хороши, однако когда мертвы, сохраняют в себе совсем немного хорошего, а то и совсем ничего, и оказываются совершенно бесполезными и бессильными. С другой стороны, многие вещи при жизни злы, но при смерти, либо же когда уже умерщвлены, проявляют разнообразнейшие способности и полезность и немало приносят добра. И много можно насчитать тому примеров, но перечисление их не входит в цели нашего повествования.

Но дабы мог ты увидеть, что я не просто свое мнение высказываю, хотя бы и правдоподобное, а опираюсь на опыт, будет уместно, если приведу я один пример, который станет ответом и поучением тем софистам, что утверждают, будто от мертвых не может быть никакой пользы, и ничего в них нельзя ни искать, ни находить. А заявляют они так потому, что не ценят ни во что алхимических приготовлений, через которые многие тайны открываются. Ибо взгляни на Ртуть, на живую и необработанную Серу, сырую сурьму: когда добывают их в шахтах, то, несмотря на то, что они живы, как мало их действие, как слабо и медлительно проявляют они свои свойства. Действительно, более зла от них, нежели добра, и скорее ядами можно их назвать, нежели лекарствами. Но искусство опытного алхимика и тщательные приготовления возвращают их к их первоначальным субстанциям (а в отношении Ртути следует произвести сгущение, осаждение, возгонку, полученное разложить на части и превратить в масло; в отношении Серы должно осуществить возгонку, кальцинацию, расплавить полученное и превратить в масло; подобным же образом надлежит поступать и с Венерой — вслед за возгонкой ее и кальцинацией надо расплавить полученное и превратить в масло), и тогда можешь ты убедиться, что столь велика и полезна сила и столь скоро действие, ими производимое, что невозможно ни описать это в полной мере, ни высказать словами. Ибо невозможно исследовать все их многочисленные свойства, и не сможет никто изучить их во всем их многообразии. Поэтому каждому алхимику и каждому настоящему врачу следует всю свою жизнь посвящать исследованию этих трех веществ, до самой смерти своей ими заниматься и время свое им посвящать. И наверняка они с лихвой возместят ему потраченные на них силы, время и средства.

Книга, повествующая о возвращении к жизни

Восстановление и оживление отнюдь не являются в природе вещей чем-либо маловажным, а, напротив, представляют собой тайну, великую и глубокую, скорее божественную и ангелическую, чем человеческую и природную. Следует, однако, в этом вопросе к моим словам отнестись с величайшим вниманием и понимать меня никоим иным образом, кроме как в точности так, как я говорю, и как  Природа нам ясно и ежедневно показывает, а опыт доказывает; ибо так лишь смогу я не пасть жертвой лжи и непонимания со стороны моих врагов, вздорных докторов, которые  постоянно на мой счет ошибочно судят, как если бы япретендовал на то, чтоб присвоить себе какиелибо божественные возможности или же приписать Природе нечто, ей вовсе не свойственное. И потому требуются здесь самые тщательные исследования, ибо Смерть двояка бывает, а именно — насильственная и самопроизвольная. И от одной оживление возможно, а от другой — нет. И не верь софистам, которые утверждают, будто нечто однажды умершее или умерщвленное, вновь быть оживлено не может, и относятся к восстановлению и оживлению пренебрежительно; ибо велика ошибка их. Что бы ни скончалось своею естественной смертью и что бы ни было умерщвлено Природой в соответствии с ее предопределением, истинно и верно то, что лишь Господь один способен это воскресить, или же сделать это можно по Его повелению. И что Природа поглотит, то человек восстановить не способен. Но что человеком разрушено, то человеком же и может быть исправлено, а после того как исправлено, может быть и вновь поломано. И ни на что более человек по устройству своему не способен, и ежели кто заявляет, что способен на большее, то посягает он на то, что состоит в ведении Божием, и труд его будет напрасный и без толку, ежели только Господь не пребудет с ним или не будет в нем веры такой, что горы двигать способна. А для такого человека такие и даже большие чудеса оказываются возможны, ибо рассказывает Писание, что Сам Христос сказал: «Если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: «перейди отсюда туда», и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас».

Однако возвратимся к нашему утверждению. В чем разница между тем, чтоб умереть и быть умерщвленным, и в каком из этих двух случаев возможно оживление? Следует понимать это так. Что бы ни умерло само по себе, заканчивает оно свой век в соответствии с тем, что ему предначертано и с Божиим повелением и соизволением. Однако смерть случается еще и от многочисленных болезней и несчастных случаев, в нет от нее тогда никаких средств для восстановления, и нет также средств, способных охранить от предопределенного конца. Но то, что умерщвлено было, то может быть вновь восстановлено и оживлено, и подтверждается это многочисленными доказательствами, приводимыми в нашей книге.

А потому есть величайшая разница между тем, чтоб умереть и быть умерщвленным, и не следует полагать, будто бы это лишь два названия для одного и того же. В действительности эти два понятия различаются так сильно, как только возможно.

Рассмотрим случай, когда человек умер естественной и предопределенной смертью. Какие в нем сохраняются польза и благо? Никаких. Способен он лишь пищею служить червям. Но не таков случай, когда зарублен человек мечом или умер иной насильственной  смертью. Все тело его полезно и хорошо и может быть превращено в чрезвычайно ценную мумию. Ибо несмотря на то, что дух жизни вышел вон из такого тела, бальзам в нем сохраняется, и жизнь скрыта в нем; и это воистину так, ибо бальзам обладает способностью к сохранению человеческих тел.

Так же и с металлами: когда видишь ты, что металл покрывается ржавчиной, то значит он скоро умрет; и если все его целое заржавеет, то весь он и умирает, и подобную ржавчину никогда не удастся вновь в металл превратить, но лишь в прах без всякого металла. Мертв он как таковой: нет в нем более бальзама жизни, и прекратил он свое существование.

Книга, повествующая об обозначении вещей

Первейшая задача этой книги,— философствуя об обозначении вещей, сформулировать, как они обозначаются, кто обозначает их и сколько знаков насчитывается. Да будет тебе прежде всего известно, что знаки трех видов бывают. Первые — это знаки человеческие; вторые — знаки Архея; третьи — божественные звезды. Таким образом, только трое обозначать способны: человек, Архей и звезды. Более того, следует заметить, что знаки человеческие основываются на совершенстве знания и суждения об оккультном, а также на понимании оккультных сил и скрытых способностей.

Звездные знаки являют нам пророчества и предзнаменования. Они указывают нам на силу сверхъестественных вещей и открывают нам истинные суждения в геомантии, хиромантии, гидромантии, пиромантии, некромантии, астрономии, искусстве Бериллистики и других астральных искусствах.

А теперь, дабы могли мы объяснить все знаки так точно и так кратко, как только можно, прежде всего необходимо нам рассказать о тех, что человеком назначаемы. И когда они поняты будут, тогда и другие уразуметь станет возможно, будь они естественные или же сверхъестественные. Например, известно, что иудеи носят желтый знак на плащах или иной одежде. И это не что иное, как знак, по  которому всякий, кто их видит, узнает о том, что они иудеи. Подобным образом ликторов  узнаем мы по двуцветным туникам или  нарукавным повязкам. Всякий магистрат также наделяет своих служителей одеждой особого цвета и некими особыми же украшениями.

Механик подписывает свою работу своим особым знаком, дабы каждый мог понять, кто ее изготовил. И какую иную цель может преследовать гонец, изображая герб своего господина на своем одеянии, кроме как сообщить окружающим о том, что он посланец, что служит он тому или иному господину и что движется он из того или иного места и желает таким образом обезопасить свой путь.

Потому и солдат носит знак или символ, черный, белый, зеленый, синий или красный, чтоб отличить его возможно было от врага. И чтобы видно было, что сражается он на стороне Цезаря или иного короля, что он итальянец или же галл, и т. д. Есть знаки, что обозначают ранг и звание, и много прочих можно еще перечислять.

Об астральных знаках в физиогномике человека

Физиогномические знаки происходят от звезд небесных. Мудрец может звездами повелевать и не подчиняется им. Напротив, звезды мудрому подчиняются и вынуждены покориться ему, а он от них свободен. Звезды отдают приказы животному человеку и принуждают его; и куда они ведут его, туда он должен следовать, как вор следует к виселице, а разбойник — к плахе, рыбак — к рыбам, птицелов — к птицам, а охотник — к зверям диким.

И есть тому причина, и заключается она в том, что человек не знает и не способен  оценить себя и свои собственные силы и уразуметь, что он есть малая вселенная и что целые небеса со всеми своими силами и свойствами в нем скрыто содержатся. И потому такого человека зовут животным, или глупцом и рабом всего земного, а ведь он, тем не менее, получил от Господа Всемогущего привилегию править всем на свете и всеми творениями повелевать, а не подчиняться им. И для того сотворен человек был последним, а все прочее к тому моменту уже было создано. И это право его впоследствии было им утеряно, и случилось это после Грехопадения. Но мудрость человеческая — не рабская, и не потерял человек своей свободы. И потому верно, что звезды должны ему подчиняться, а не он им.

И дабы постичь это, следует помнить, что звезды бывают двух родов: земные и небесные. Первые принадлежат безумию, а вторые — мудрости. И поскольку два мира существуют, меньший и больший, и если больший меньшему покоряется, то звезда микрокосмическая правит небесною и повелевает ей. Бог сотворил планеты и звезды не затем, чтоб они управляли человеком, но затем, чтоб они, подобно всем прочим твореньям, ему служили и покорялись. И хотя высшие звезды дают человеку свое предрасположение и наделяют человека и другие земные существа при рождении своими знаками, все же их власть и господство суть ничто, за исключением одного лишь предопределенного указания и звания, в котором ничего оккультного и тайного не содержится, но внутренняя сила внешними знаками только лишь направляется.

Но возвратимся к нашему утверждению касательно физических знаков человеческих: знай, что они двух видов бывают, и воистину эти их разновидности сходны во внешней  своей форме и различны в силе своей и действии.

Одни из них происходят от высших звезд небесных, а иные — от низших звезд микрокосмических. Всякая высшая звезда наделяет свой знак при рождении и вплоть до достижения среднего возраста. И этот знак дает предопределение и обладает своей особенной силой. Это предопределение подтверждается природою человека и условиями его жизни. Но все, что низшая микрокосмическая звезда обозначает при рождении, имеет свое происхождение в отце и матери, и часто мать на свое дитя влияет через свое воображение или склонности свои, или страхи, или ужасы, и  наделяет его сверхъестественными знаками из-за того, что находятся они в чрезвычайной близости. И называются такие знаки  родимыми, или утробными.

О том говорили мы прежде, а потому избавляем себя от труда повторять одно и то же, поскольку здесь речь ведется об одних лишь физиогномических знаках, среди которых  интересуют нас те, каких ни отец, ни мать  человека не имели. К знакам такого рода могут относиться такие, как черные или серые глаза, слишком большие или слишком маленькие; нос крючком, слишком длинный или заостренный; ямки на подбородке, высокие скулы, плоский или широкий нос, большие или маленькие уши, длинная шея, вытянутое лицо, рот большой или с опущенными вниз углами, волосы слишком жесткие или слишком мягкие, изобильные или скудные, черные, белые или рыжие, и прочие. Ежели какой один из этих знаков, или сразу несколько, у человека проявляются, то следует быть уверенным, что обладает он некими качествами, с этими знаками связанными. И судить об этих качествах может лишь тот, кто руководствуется законами физиогномики и сведущ в искусстве толкования знаков, согласно которому можно о человеке составить мнение по внешним знакам.

Перейдем теперь к практической части нашего предмета, а для того повторим, какие могут быть знаки и что они обозначают.

Черные глаза не только обозначают здоровую конституцию, но также, что еще важнее, твердость ума, свободного от сомнений и страха, здорового и искреннего, верного и добродетельного.

Серые глаза суть признак искусного человека, неустойчивого и противоречивого. Если же глаза видят плохо (неопределенного цвета), то обладатель их — мудрый советчик, умный и глубокий в суждениях. Блестящие глаза, глядящие то вверх, то вниз, то в стороны, принадлежат человеку умному, но лживому, недоверчивому, вероломному, работы сторонящемуся, всяческих удобств постоянно взыскующему, жизнь свою в праздности проводить желающему через игру, ростовщичество, воровство, непристойность и прочее подобное.

Маленькие глаза, глубоко посаженные, означают слабость зрения и часто слепоту в старости. И в то же время они есть признак смелого человека, воинственного, хитрого и ловкого, стойко выносящего невзгоды, из жизни уходящего, как правило, трагически.

Большие, особенно выпученные, глаза — признак алчного, ненасытного человека.

Глаза, постоянно моргающие, означают слабость зрения, или же робость и застенчивость их обладателя. Глаза, что бегают туда-сюда под взглядами других людей,— признак влюбчивости, предусмотрительности и изобретательности.

Глаза, постоянно опущенные, показывают, что обладатель их — человек скромный и  почтительный.

Красные глаза — признак человека дерзкого и смелого.

Глаза сверкающие, двигающиеся неспешно, указывают на героя, человека благородного, храброго, деятельного, для врагов своих опасного.

А большие уши обозначают хороший слух, цепкую память, внимательность, усердие, здоровье мозга и головы.

Об астральных знаках хиромантии

Что касается знаков хиромантии, тут следует знать, что происходят они от высших звезд семи планет, и потому от планет и знания об этих знаках следует получать. Потому как хиромантия — это наука, не только

изучающая человеческие руки и по имеющимся на них линиям и складкам суждения свои выносящая, но и уделяющая свое внимание всем травам, деревьям, камням, землям и рекам — одним словом, всему, на чем имеются линии, прожилки и складки.

О знаках минералов

Минералы и металлы, в отличие от огня и сухого вещества, выказывают собою признаки и знаки, полученные ими однажды от Архея и от высших звезд, и род каждого проявляется в цветовых и прочих различиях.

Минерал золота отличается от минерала серебра. А минерал серебра отличается от минерала меди. Минерал меди отличен от минерала железа. А минерал железа — не такой, как минералы олова и свинца. И так же обстоит со всеми прочими.

Никто не сможет отрицать, что с помощью хиромантии все минералы и их руды, скрытые в тайных местах под землей, можно распознать по их внешним знакам. Это хиромантия залежей, жил и месторождений, через которую не только местонахождение их в наружных знаках открывается, но и точная глубина и богатство месторождения также выявляются. Через эту хиромантию три вещи познаются, а именно: возраст, глубина и ширина жилы, таким же образом, как это мы познаем в растениях. Ибо чем старше жила, тем богаче металлом будет шахта.

В данном случае, дабы раскрыть предмет нашего нынешнего исследования, я перейду к самому краткому изложению того, какова хиромантия залежей и месторождений. Чем глубже и шире залежь, тем она старше. Когда участок жилы растягивается на долгое расстояние, а потом вдруг прерывается — это плохой знак. Ибо если жила в каком-то направлении прерывается, то и залежь прерывиста, и это  проявляется и в ее глубине. Хотя порою хорошие залежи обнаруживаются на очень большой глубине, они, как правило, пропадают и далее, и их оказывается невозможно разрабатывать без чрезмерного расхода почвы. А там, где жилы прирастают за счет добавочных пород или каким иным образом часто прерываются, то это счастливый знак, говорящий о том, что жила хороша не только на поверхности, но возрастает по мере углубления и умножается, и шахта в таком месте оказывается богатой, обильные запасы в себе содержащей.

О некоторых особенных знаках вещей естественных и сверхъестественных

А теперь должны мы надлежащим образом рассказать о неких особенных знаках, касательно которых до сего времени ничего еще не было сказано. Всякому, кто желает гордиться своим знанием знаков и стать хочет их толкователем, при чтении этого трактата чрезвычайно необходимо будет правильно уразуметь сказанное далее. И будем мы здесь речь вести не о теории, но о практике, и выскажем нашу точку зрения как можно короче, дабы проще было ее понять.

Прежде всего, знай, что искусство толкования знаков учит нас всем вещам давать их истинные и подлинные имена. Прежде нас их верно и во всей полноте уразумел Прародитель Адам. И после Творения дал он свое надлежащее имя всему: животным, деревьям, корешкам, камням, минералам, металлам, водам и прочему, равно как и всем остальным плодам земли, воды, воздуха и огня. И все имена, им данные, Господом Богом были подтверждены и закреплены. И теперь имена эти имеют истинное и сокровенное основание, и надо касательно них не просто точку зрения иметь, но выводить ее из предопределенного знания, которое и есть искусство обозначения. Адам этим искусством первым овладел.

Воистину, кто станет сомневаться в том, что подлинные имена происходят из еврейского языка и присвоены каждой вещи в соответствии с ее природой и состоянием. Имена, что даны по-еврейски, тем самым, как присвоены они, показывают качество, особенность и действие всякой вещи. Так, когда говорим мы: «Это свинья, лошадь, корова, медведь, собака, лиса, овца и т. д.», то имя «свинья» обозначает нечистое и грязное животное. «Лошадь» означает животное скромное и терпеливое; «корова» — прожорливое и ненасытное; «медведь» — животное сильное, отважное и неукротимое; «лисица» — хитрое и лукавое; «собака» — вероломное по своей природе; «овца» — спокойное, безобидное и полезное. А потому случается иной раз, что человека называют «свиньей» за то, что низок он и живет по-свински; «лошадью» — за выносливость его, если выделяется у него это качество более всех остальных; «коровой» — когда неутомим он в еде и питье и не знает умеренности его  утроба; «медведем» — если он больше и сильнее прочих людей; «лисицей» — когда хитер он и непостоянен, и приспособиться умеет ко всему, и никого старается не обижать;  «собакой» — если не верен он сказанному им и вообще проявляет вероломство по отношению ко всем; «овцой» — если не вредит он никому на свете, кроме себя самого, и более полезен всем остальным, нежели себе.

Но есть и другие знаки, еще более достойные нашего внимания. Такие, к примеру, как те, что Архей оставляет на пуповине зародыша в виде перетяжек, по которым можно сказать, сколько у матери детей уже было, а сколько еще будет.

Архей же обозначает рога оленя-самца ветвями, по которым можно определять возраст этого животного. Сколько ветвей рога эти имеют — столько лет оленю. Ибо добавляется по ветви к рогам каждый год, и так сосчитать можно, что оленю двадцать или тридцать лет.

Подобным же образом помечает Архей коровьи рога кольцами, по которым определять можно, сколько корова родила телят. Каждое кольцо означает одного теленка.

Архей же устроил так, что зубы у лошадей растут особым образом, и в течение первых семи лет жизни лошади ее возраст можно точно определить по ее зубам. Когда жеребенок рождается, у него четырнадцать зубов, из которых выпадают у него по два каждый год, так что за семь лет всех их лошадь лишается. И по этой причине о возрасте лошади, которой более семи лет, может судить только человек чрезвычайно умелый и опытный. Архей же помещает на языках свиней волдыри, по которым можно судить об их нечистоте. Если свиной язык скверен, таково и все тело. Он же обозначает облака различными цветами, дабы бури небесные можно было предсказывать.

Также он помечает особыми цветами диск луны, и каждый цвет имеет свое истолкование. Краснота обозначает, что скоро ветер будет, а зелень или чернота — что дождь. А если смешались цвета, то ветер с дождем. А море представляет собой знак, который пророчит, как правило, бури и штормы. Ясность и чистая белизна — хороший знак, особенно в отношении океана. Ибо предсказывают они, по большей части, погоду тихую и спокойную.

Первое, что следует знать врачу,— это то, что состоит человек из трех субстанций. И образуют они человека, и они есть человек, получает он от них и через них все, что есть благо, и все, что есть зло для его физического тела. Поэтому врач должен знать их и понимать, как они сочетаются, как их поддерживать и как их исследовать. Ибо в трех этих субстанциях содержится здоровье человека и целиком, и частями, и все болезни его. И потому в них следует искать и меру здоровья, и меру болезни, ибо нельзя врачу пренебрегать весом, числом и мерою недуга.

И через них определить он сможет причину, породившую заболевание, и чрезвычайно важно хорошо разобраться в этом, прежде чем далее двигаться. Смерть также от этих трех субстанций зависит, ибо если жизнь удаляется из первичных субстанций, в соединении которых и жизнь, и человек существование свое имеют, то сам человек умирает. И происходят поэтому от этих трех субстанций все причины, основание и понимание болезни, признаки ее, развитие и особые ее свойства; и обо всем этом врачу обязательно знать нужно. Сотворил Господь медицину для огня неуязвимой. А врача Он из огня породил. Ибо не сам собой врач делается, но своею медициною; и потому должен он изучать Природу, а Природа — это мир и все, что в нем. И всему, чему Природа его учит, должен он искать объяснения. Но пусть ищет он его не в знаниях своих, но свет Природный пусть выведет его к тому, что скрывается в сокровищнице Природы. И когда обнаружит врач, что Природа открылась ему, то происхождение здоровья и болезней станет ему ясно. И поскольку врачом он является через посредство медицины и благодаря ей, а без нее — не является, и поскольку медицина древнее, нежели он сам, то он от нее зависит, а не она от него. И пусть исследует он то и научается у того, что его врачом делает, а не у самого себя. Ибо огонь — он в учителе, а не в ученике.

Две есть разновидности знания: одно знание — от опыта, а другое — от ума. То знание, что от опыта,— двояко: и одна его сторона — наставление врачу и основание для деятельности его, а другая — заблуждение его и ошибка. Первое получает он от огня, практикуя Вулканическое искусство через трансмутацию, изобретение, решение и совершенствование, и все, к ним относящееся. И через опыты такие открываются врачу три элемента, все в Природе содержащиеся, а также виды их, особенности и свойства.

А другой вид знания — не что иное, как слухи, опытом не подтвержденные. И может оно оказаться истинным порою, но не будет оно незыблемо, и не может такое знание служить основанием для истины, а послужит таковым для ошибки — ошибки, софистикою приукрашенной. И не можем мы учить медицине посредством слухов или чтения, но только лишь посредством изучения. И через огонь опыта Природа научит нас. Не можем мы более верить в существование четырех соков в человеке, и не что это иное, как предмет веры.

Медицина не верою постигаема, но опытом. А предметом веры лишь здоровье и болезнь души являются. Но у телесной медицины предмет видимый и веры не требует. И потому следует занятие врача считать ремеслом. А медицина для него из земли прорастает. И знает его земля, утверждает его или же отвергает. А причина того, почему можем мы распознать и испытать на себе три субстанции,— не в наших умах находится и не в слухах, но в исследовании Природы и выяснении ее особенностей, ибо от Мира Великого человек научается, а не от другого человека. И в этом есть согласие, через которое становится человек целостен, и отсюда происходит его знание о мире и о себе самом; и это есть единство, а не двойственность.

Все имеет свое тело от трех субстанций. И зовутся эти субстанции: Сера, Ртуть и Соль. Лишь они втроем, соединяясь, образуют тело, и ничего более не добавляется, за исключением одной только души и всего, что к ней отношение имеет. И когда держишь ты что-либо в своей руке, то, на самом деле, это будут три субстанции, в одно сведенные. Крестьянин скажет тебе, что это кусок дерева, а ты будешь знать, что это еще и соединение Серы, Ртути и Соли. И если возьмешь ты кость и сможешь сказать, что в составе ее преобладают Сера, Ртуть или Соль,— то поймешь ты, какая в ней болезнь, и в чем тут дело. Крестьянину видно лишь то, что снаружи, но задача врача — увидеть скрытое внутри. Дабы сделать его видимым, необходимо добиться того, чтобы Природа себя показала. Возьми кусок дерева. Это есть тело. Затем сожги его. То, что сгорит, — это Сера, дым — это Ртуть, а зола — это Соль. Крестьянину не понять процесса горения, но врач поймет его, если посмотрит на него с точки зрения науки медицинской.

Что есть вкус, если не анатомическая потребность найти свое подобие? И это оттого, что gustus — вкус — распределяется по всем органам тела и все ищет подобного себе: сладкое желает сладости, горькое — горечи,— каждое в своей степени и в своей мере жаждет того, что содержится в растениях сладких, кислых и горьких. Станет ли печень искать себе лекарства в горечавке, грибах или горькой тыкве? Нет. Станет ли желчный пузырь искать себе лекарства в манне, меде, сахаре или зубном корне? Нет, ибо будут искать они себе подобного. Согласно тому же закону анатомии, не может холод жар лечить, а жар не лечит холод. И страшный беспорядок возникнет, если начнем мы лечить противоположностями. Когда дитя попросит хлеба у отца своего, тот не даст ему змею. И Господь сотворил нас и дает нам то, чего мы просим, а не змей. И потому плохое это будет лечение, если давать больному горькое, когда требуется ему сладость. И желчный пузырь получать должен то, чего требует он, и сердце так же должно, и печень. И это есть основополагающий столп, и врачу должен он служить опорою, когда назначает он соответственное лечение разным частям  человеческой анатомии. Ибо хлеб, который ест дитя, анатомически подобен самому ребенку, и ест его дитя, будто собственное свое тело.

А потому каждая болезнь должна лечиться средствами, анатомически ей соответствующими. И тому, кто анатомии не знает, трудно будет лечить, если будет он при этом честен и скромен; но много хуже, если недостает ему чести, и стыда в нем нет, и не боится он преступления. Такие люди — враги света Природы.

Какой слепец станет просить у Бога хлеба, а получит яд? Если опытен ты и основываешься на анатомии, не станешь ты давать камни вместо хлеба. Ибо для пациентов твоих ты скорее отец, нежели врач: а потому питай их подобно тому, как отец питает свое дитя. И как отец дает своему ребенку согласно нуждам его, так и врач должен заботиться о своих пациентах.

Христос, который есть Истина, дал нам средство не ложное, но совместимое и сокровенное. Ибо ни за что не скажем мы, будто не была ему известна суть Природы. И потому масло и вино нам предназначены, и нет у медицины основания иного. И да будет тебе ясно, что пшеничное зерно не принесет плодов, пока не будет в землю посажено и там не умрет. И потому земля — это рана, а масло и вино — это зерно. И угадать ты должен, что есть плод.

Три анатомии в человеке содержатся: первая из них — localis у и рассказывает она нам о внешности, занятиях и сущности человека, а также обо всем, что этого касается; вторая — показывает живую Серу, текучую Ртуть и острую Соль в каждом органе; а третья, mortis anatomia, учит нас тому, какую анатомию приносит с собою смерть, и каким образом она приходит, и на что похожа. Ибо свет Природы показывает нам, что смерть приходит по-разному, и разновидностей у нее столько же, сколько у того, что от стихий происходит; и столько же видов смерти есть, сколько и видов гниения. И поскольку всякое гниение порождает новое, нужна и ему анатомия. И будет происходить оно во многих формах до тех пор, пока все мы не умрем и не сгнием.

Но помимо всех этих анатомий есть еще общая наука медицинской анатомии, и за ними всеми — небо, земля, вода и воздух, а небеса и все звезды есть части новой анатомии. Ибо Сатурн должен дать нам saturnum, a Марс — martern у и пока не открылось это, не было на свете медицины. Ибо как дерево вырастает из семени, так и все, что ныне кажется  невидимым, вырастает для новой жизни, и существует оно ради того, чтобы видимым стать. А свет Природный светит людям, дабы могли они видеть сквозь тьму и сумерки. И должно случиться так, чтоб увидели мы глазами своими все те вещи, которые необходимо нам видеть. И не станут они иными, нежели сейчас, но мы должны будем измениться, чтоб их увидеть. И должны мы научиться смотреть не так, как крестьяне смотрят. И свет Природы зажжет огонь в глазах наших.

Все, чем питаемся мы, становится нами; мы едим, чтобы жить. То же происходит и с лекарствами, с тем лишь различием, что лечение должно соответствовать болезни. В том, что касается здоровья, все, что к концу подходит, в каждом органе восстановлено быть должно. И не удивляйся: ведь дерево, в поле стоящее, перестанет быть- деревом, если не будет оно питаться. А что есть питание? Это не только кормление и наполнение тела, но и восстановление формы его. А что есть голод? Это предвестник смерти, воплощаемый в износе органов. Ибо форма придается Господом еще во чреве. И пребывает она во всем, но и убывает со временем, и умирает безо всякого вмешательства извне. И тот, кто не ест, тот и не растет, и кто не ест, тот не живет далее. Следовательно, кто растет, тот растет потому, что питается, а формообразующее начало в нем сохраняется, и не может он без него существовать. И потому и питание всех тварей свою форму в себе имеет и в ней растет, и развивается. Так, дождь в себе дерево содержит, а также и сок земной. Дождь — это питье, а сок земли — это пища, и благодаря им дерево растет. А что же растет в нем? То, что дерево впитало из дождя и из земли, и стало древесиною и корою. Форма заложена в семени, а древесина и кора — в дожде и соке земли. И мастер внутри семени способен из этих двух начал изготовить дерево. И так же происходит все со всеми прочими растениями; и семя есть не что иное, как начало, в котором и форма, и мастер, и род, и свойство. И когда прорастает оно, то дождь, роса и сок земли поддерживают в нем жизнь, ибо есть в них и стебли, и листья, и цветы, и все прочее.

И также должна быть и внешняя форма питания, способствующего росту, и если не получим мы ее, то никогда расти не сможем и, заброшенные, умрем. И когда выросли мы, то нужно нам эту форму сохранять, дабы не потерять ее. Ибо есть в нас нечто, подобное огню, что нашу форму поглощает. И если бы не поддерживали мы форму нашего тела, то, заброшенные, умерли бы. Следовательно, то, что едим мы, становится нами, и потому не умираем мы от распада наших форм. Таким образом, едим мы пальцы наши, и тело наше, а также кровь, плоть, стопы, мозг, сердце и прочее. Ибо каждый кусок, нами съедаемый, содержит в себе все наши органы, все, что в себя включает человек, все, из чего состоит он. И когда лето наступает, то деревья голод испытывают, ибо хотят они, чтобы распустились на них листья, и цветы, и плоды чтобы на них созрели. И нет всего этого внутри их самих, потому что в противном случае срубленные деревья цвели бы так же точно, как и те, что растут невредимые. Ибо растут они из земли, откуда черпают они некие вещи, дополняющие собственную их форму, и где мастер находится, который форму эту им придает, сообразную каждому из деревьев; и таков вклад его. И знай также, что дабы сохранить свои форму и вид от истощения, все живое голод должно испытывать и жажду.

Люди бывают видимые и невидимые. Те, что видимы,— двойственны, именно так, как двойственно тело. Когда из дерева образ хотят вырезать, в первоначальном куске дерева он еще не виден. Питание, в тело поступая, направляется во все его органы. И не остается оно в одном месте, но используется разнообразно. Ибо великий Художник, Тот, кто человека сотворил, придает ему форму, распределяет его между органами, подобным образом человека создавая. Известно нам, что едим мы себя, и точно так же, как мы, делает это всякая тварь на земле и каждое дерево; и теперь должны мы разобраться в том, что из этого следует с точки зрения медицины. Не едим мы костей, кровеносных сосудов, сухожилий, а мозг, сердце, кишки и жир едим редко; отсюда следует, что кости не из костей получаются, мозг не из мозга, но во всем, что мы едим, они содержатся. Хлеб — это кровь, но кому это видно? Это жир, но кому это видно? Ибо мастер-искусник в желудке благ. Он может из серы железо сделать; и постоянно там он находится, придавая человеку надлежащую ему форму. И может он алмазы делать из соли, а золото из ртути. И более заботится он о человеке, нежели о вещах, и трудится он для человека, и все, что ему необходимо, создает. Дай ему материал — и расщепит он его, и придаст ему надлежащую форму, ибо известны ему мера, число, вес, соразмерность, протяженность и прочее. И знай также, что всякое творение двойственно, ибо одно в нем —от семени, а другое — от питания. И каждый в себе также и свою смерть содержит, а питание ее сдерживает.

Тело происходит от Серы, и потому все тело есть одна Сера, а есть и другая, тонкая Сера, которая горит и сгорает невидимо. Кровь — это одна Сера, а плоть — другая, главные органы — третья, костный мозг — еще одна и так далее; и эта Сера — непостоянна. Но различные кости — это тоже Сера, только их Сера — постоянна: и научное исследование каждую Серу позволяет выделить. Затвердевание тела случается от Соли; и без Соли нельзя ни одну часть тела представить. От Соли алмаз получает твердость своего строения, и железо — свою твердость, а свинец — мягкость своего строения, и гипс — свою мягкость и так далее. И всякая прочность и густота от Соли получается. И потому одна Соль — в костях, другая — в крови, третья — в плоти, еще одна — в мозге и так далее. И сколько есть разных Сер — столько и Солей. А третья субстанция тела — это Ртуть, и она жидкая. У всех частей тела — своя жидкость: и у крови — своя, а у плоти — другая, и кости, и мозг костный также свою жидкость имеют, и жидкость эта — Ртуть. И столько же форм у Ртути, сколько их у Серы и у Соли. Но поскольку человек должен целостную форму иметь, то составные части его тела сжимаются, твердеют и содержат в себе жидкость: и три формы объединяются в одно тело. И тело одно, а субстанций три. Сера горит, и одна лишь сера; Соль — это щелочь, ибо она неподвижна; Ртуть — это пар, ибо не горит она, но испаряется. Знай также, что и всяческое разложение также от этих трех получается.

Три субстанции содержатся в четырех элементах, которые всему на свете матери; ибо все на свете от стихий происходит: от земли происходят растения, деревья и все их разновидности; от воды — металлы, камни и все минералы; от воздуха — роса и манна; от огня — гром, лучи света, снег и дождь. И когда микрокосм разрушается, часть его землею становится, да такой чудесной, что посаженные в нее семена принесут плоды за самый короткий срок; и врачу знать об этом следует. Из разрушенного тела также выходит и другой элемент — вода; и вода эта — мать всякого рода минералов, и алхимик способен из нее рубины извлекать. При распаде производится и третий элемент — огонь, и может он вызывать выпадение града. А воздух исходит из возносящегося духа, подобно росе, выпадающей в закрытом стеклянном сосуде. И многие пытались этими процессами овладеть, но не удалось им. Еще одна трансмутация вслед за этими происходит, и от нее получаются все виды Серы, Соли и Ртути, какие только явлены нам в микрокосмическом мире. И очень она важна, ибо имеет она отношение к поискам человеком здоровья, жизненной воды, Философского Камня, эликсира, бальзама, золотого питья и прочих вещей тому подобных. Все они содержатся в микрокосме; и как есть они во внешнем мире, так есть они и во внутреннем.

Итак, есть в человеке внутренний врач; и с его помощью дает Природа человеку все необходимое и дарует ему сад трав своих сообразно нуждам человеческой анатомии. И если изучим мы все основательно и уразумеем это правильно, то откроется нам, что наш внутренний врач и природа наша — это все, что нам нужно. Возьмем, к примеру, наши раны: что нужно, чтобы лечить их? Ничего, кроме плоти, растущей изнутри наружу, а вовсе не снаружи внутрь. И потому лечение ран — это лечение защитительное, цель которого — не допустить такой вероятности, чтоб что-либо извне помешало нашей природе выполнить свою работу. Таким образом наша природа себя лечит, исправляет и дополняет, и хирургия научает этому всякого опытного хирурга. Ибо mumia есть сам человек, a mumia — это бальзам, излечивающий раны: и мази, замазки и смолы ни кусочка плоти сами не производят, могут лишь работе Природы внутри человека помочь, защищая ее.

Поскольку происходит человек от limbus, a limbus — это весь мир, то всякая отдельная вещь имеет свое подобие в другой. И если бы не был человек сотворен из целого и из каждой его части, то не мог бы он быть микрокосмом и не содержал бы он в себе всего, что в макрокосме содержится. Но раз создан он из целого, все, что поглощает он в Великом Мире, есть часть его самого: ибо жизнь в нем  поддерживаться должна тем же, из чего он сделан. Ибо как сын своим отцом порожден, и ничья помощь для него не будет естественней, нежели отцовская, так и целительные силы внешнего мира силам мира внутреннего помогают. И все человеческие соразмерности, подразделения, части и члены есть и у Великого Мира так же, как и у человека; и сообщаемы они человеку через питание и лечение. И отделены эти части друг от друга ради того, чтоб было целое и имело свою форму. В науке это всеобщее тело называется physicum corpus, И телу человеческому мировое тело сообщаемо подобно тому, как сыну сообщается кровь его отца; ибо они есть одна кровь и одно тело, и разделяет их одна лишь душа, а в науке такого разделения нет. И следует из этого, что для науки небеса и земля, воздух и вода — это есть человек, а человек для науки — это мир со своими небесами, землею, воздухом и водою. Так, Сатурн в человеке сообщается с небесным Сатурном, а небесный Юпитер — с Юпитером микрокосма. И земная мелисса черпает у мелиссы микрокосмической, и все в единении находятся. Следовательно, небеса и земля, воздух и вода есть одна субстанция — не четыре, не две, не три, но одна. И где не едины они, там субстанция разрушена или расщеплена.

Должны мы также понимать, что если осуществляем мы лечение, то лечим мы больного всем миром: и небесами, и землею, и воздухом, и водою. Ибо если есть в теле болезнь, то все здоровые органы должны с нею бороться, и не только один, но все. Потому что одна болезнь вызвать смерть всех органов может: и заметь, что борется Природа с болезнью всеми своими силами. Следовательно, в лечении твоем должны содержаться все небеса верхней и нижней сфер. Подумай, как сильно хочет Природа одолеть болезнь, если берет она в помощь себе и небеса, и землю, и все силы, в них имеющиеся. Так же и душа должна все силы свои собирать на борьбу с дьяволом. И есть в Природе ужас смерти жестокой и мучительной, и глаза наши его увидеть не способны, и руки удержать его не могут. Но Природа и знает, и видит, и удерживает его: и использует она силы земные и небесные против страшного, ибо страшен этот ужас, и чудовищен, и отвратителен, и жесток. Ибо вызван он Христом на горе Елеонской, где в ужасе молил Он Отца Своего, чтобы миновала Его чаша сия,— потому объяснимо вполне, что Природа от этого в ужас пришла. И чем лучше знаем мы смерть, тем выше ценность медицины становится, ибо это в ней пристанище, мудрым искомое.

От разных видов Ртути случаться могут болезни: и одни из них разум поражают, иные — кровеносные сосуды, иные — язык и так далее. И начинаются эти болезни с жара, тело воспаляющего, и в том органе, где жар сильнее всего, там болезнь и начинается, как будто бы этот орган стал вроде печи, полной Ртути. В тяжелых случаях все тело судорогами сотрясаемо и все члены его лихорадит. А может случиться так, что Ртуть вздымается и опускается, как при дистилляции, и это хуже всего и означает близость смерти. И смерть от Ртути бывает трех разновидностей. Дистилляция Ртути вызывает смерть незамедлительную; осаждение Ртути вызывает подагру, хирагру и воспаления суставов; а от возгонки Ртути случаются мания и воспаление мозга. Ртуть столь легка, что может она пропитать собою и кости, и плоть, вызывая нагноения, излитие желчи, сифилис, проказу и тому подобное, а если жар возрастает, бывает от нее еще дрожь, холодный пот и судороги.

Подобно Ртути, Соль также является субстанцией, способной вызывать заболевания. Соль есть причина четырех процессов: расщепления, кальцинирования, отражения и щелочения, которые в теле, так же как и в окружающем мире, происходят. И в людях, предающихся чревоугодию или распутству, избыток Соли начинает растворяться. В них Соль превращается в жир. Ожиревшие тела подобны почве, перенасыщенной навозом, плодоносящей слишком быстро, или пострадавшей от избытка дождей, так что плоды ее гниют. Соль кальцинируется в случае недостатка жидкости, и в этом случае образуются квасцы. От этого случается потение, кожный зуд, а затем образуются короста и нарывы. А когда Соль отражается, то вздымается она и опускается, будто при дистилляции. Жизненный дух изгоняется на поверхность, и Соль от этого становится скользкой и клейкой и в таком виде лихорадкою выводится наружу, где является она в виде язв, именуемых vulnera aeruginosa. Все наружные заболевания, особенно язвы, рак, облысение, нагноения, раны, кондиломы, сонливость и проказа, — это Солевые болезни, и разнятся они в соответствии с видами Соли. Ибо Соль придает всему форму.

Четыре элемента могут изменять и разрушать Серу. Они есть те мастера, которые вызывают ее трансмутацию и заставляют ее вызывать болезни четырех видов: холодные, горячие, влажные и сухие. Знай, что все элементы имеют в себе некоторое количество холода, но холод как таковой — это стихия земли. Холод бывает твердый и влажный. А твердость двоякой бывает: застывшей или замерзшей, сгущенной или жидкой; и влажность двояка: может она быть растворенной или растаявшей, распавшейся или разложившейся. Огненный холод вызывает застывание, примером которого служить могут замерзшая вода, снег, мелкий гравий и тому подобное. И застывание в Сере вызывает заболевания, признаки которых напоминают снег, мороз и мелкий гравий. Сгущение холода происходит от стихии воды и постоянно оно, в то время как застывание — временно. Примерами сгущения служить могут кораллы, квасцы и соли алюминия, и болезни, вызванные сгущенным водяным холодом, подобным же образом проявляются. Холод также является из воздуха, ятра; и потому ветряной холод, хаотический холод и воздушный холод могут поразить тело. Эти заболевания также походят на холодные растения: белладонну, розу, латук, портулак и прочие. В земле также есть элемент огня, и он Серу воспламеняет. Заячьи ноги и крапива — примеры присутствия этой энергии в физическом теле. Бывает также влажность четырех стихий, а еще сухость. Таким образом, есть четыре разновидности у болезней этого рода, и через посредство указанных категорий можно их друг от друга отличать.

Бывают влияния, которые вызывают потение, очищение кишечника, жар и прочее, и должно их тоже учитывать, ибо они суть особые недуги: не происходят они от видимых причин, но внутренне присущи человеку, и такова их природа, что один человек имеет склонность к потению, другой — к очищению кишечника, кто — к одному, а кто — к другому. И знай еще, что семена много больше плодов приносят, нежели в действительности от них рождается. Камфора и другие растения являют тому пример, и служат они причиною болезней мочевого пузыря и почек. Таковы и камни во внутренних органах, которые суть камни вообще. И что по наследству передается, то искоренить невозможно; ибо должно семя произвести все, что в нем скрыто. Но не наследственное это, если родился человек слепым; и хотя и родился он таким, но зрение у него может быть, только развилось оно неправильным образом. А если у человека шесть пальцев на одной руке, а на другой — четыре, либо же они растут не из того места, откуда у всех людей, то ничего с этим поделать нельзя, потому что содержится этот изъян в субстанции тела. Но ни один опытный врач не скажет, будто нельзя помочь слепому, ибо велика Природа и чудесна, и если скрыто зрение внутри человека, то можно его вывести наружу, ибо зрение — это ветер, у коего нет тела, и можно его направить к месту, ему надлежащему; но если тело деформировано, то этого сделать нельзя будет. Вещи, внутренне присущие, подобны твердости железа и цвету мела, и приниматься должны как они есть. Ибо не в силах мы предотвратить выпадение снега, но можем мы не допустить, чтоб он человеку навредил.

То же относится и к семени человеческому, которое суть limbus и в четырех элементах присутствует. Знай, что имеет оно силу; такие силы назвать лучше всего будет влияниями, ибо они и есть влияния. Но это ошибка с точки зрения астрономии, когда говорят, будто влияния происходят от звезд. Звезды влияний не оказывают. Форма наша придана нам дланью Господней. И кем бы мы ни были, Господь нас создал и всем нашим органам их вид придал. Все наши состояния, свойства, привычки обретаются нами через вдохновение жизненное, посредством которого все они нам дарованы. Болезни, какие с нами случаются, как уже было сказано выше, происходят от трех субстанций, оказывающих на нас влияние, подобное влиянию огня на дерево или солому, или — шафрана на воду. И от влияний этих никак не можем мы избавиться подобно тому, как избавляемся мы от недугов, кои порождает окружающий нас limbus. И получаем влияния эти мы от семени и избавиться от них не можем. И говорят люди о предрасположении всякую бессмыслицу. Будто бы получает человек предрасположение, или inclinatio, от Марса, Сатурна или Луны и прочих небесных тел. Обман все это и мошенничество. Правильней сказать было бы, будто Марс человеку подражает, ибо более велик человек, чем Марс или прочие планеты. Но кто познал планеты и уразумел людей, тот так не скажет. Но может он так сказать: «Человек столь для Господа ценен и столь величествен в глазах Его, что образ его и все, что совершает он, и то, что оставляет он несделанным, и добро его, и зло — небесами имитируются. Но это не есть предопределение. И двояки взаимоотношения между небесами и человеком: с одной стороны, образ человеческий небесами отражается, а с другой, отношения эти суть предпосылка, в коей все будущие деяния человека, и образ жизни его, и поведение его заранее предвосхищены, но в виде пророчества скорее, нежели в виде причины.

Как сказано в Писании, восстанем мы в день Страшного Суда во плоти нашей и отчет будем давать в прегрешениях наших. Тело есть в наших глазах ничто, но грешило оно, и восстать оно должно вместе с нами еще раз. И не должны будем отчитываться мы ни о недугах наших, ни о здоровье нашем, ни о прочем тому подобном, но о том, что сердцем нашим порождаемо, ибо это человека касается, и также суть тело его, не от limbus оно, а от вдохновения Божия. И поскольку, облеченные в плоть, узрим мы Господа, Спасителя нашего, должно быть так, чтоб тело наше, которое есть limbus, также перед Богом предстало. И кто захочет

оставаться в невежестве касательно откровений, устами Божиими непосредственно нам сообщенных. Восстанем мы из мертвых во плоти, в теле, из limbus состоящем, свою собственную меру имеющем и ее употребляющем, а все, что вне его пределов, то к телу невещественному относится и за пределами Природного находится.

Все, что живо и растет, должно питаться, и потому имеет желудок и способность к пищеварению. А в пище составные части имеются чистые и нечистые: хорошее от плохого отделяется и питает организм, а плохое анатомией организма не усваивается, но в своей собственной анатомии сохраняется. И в организме это последнее сохраняется. Таким образом, в организме нашем и питание, и stercus, то есть мусор, содержатся. И об этом stercus здесь речь пойдет. Человеческий желудок — это желудок самый первый, и подвешен он к глотке; осуществляет он одно лишь первоначальное пищеварение, отделяя полезные вещи от отходов. Затем направляется пища в тонкий желудок, расположенный в сосудах брыжеечных, в печени, почках, мочевом пузыре и в кишках.

Таким образом, есть в теле вещества лишние, которые фекалиями обыкновенными не становятся, но и с телом не смешиваются. И не могут они быть расщеплены, ибо они не есть человек, но в человеке содержатся. И бывают болезни, которые такими отходами вызываемы, и чрезвычайно эти недуги разнообразны, в зависимости от степени разобщенности отходов и их местонахождения в теле. И болезни эти суть камень и песок, слизь и грязь. И как же жизненные соки человека могли бы в камень, песок, слизь и грязь превратиться, если б не были они таковыми изначально? Эти четверо есть четыре разновидности пищевых отходов. И из них получаются камни в органах.

Как камни далее преобразуются в легких,мочевом пузыре, сердце, селезенке, мозгу и почках? Каждый из органов этих должен есть и получать от желудка свое ежедневное питание. И каждый орган в теле действует, словно он сам себе желудок, и отделяет он все, что нехорошо для него, и ни один орган для другого ничего не расщепляет и не приготовляет, за исключением одного лишь желудка, который делает это для печени, почек и мочевого пузыря, а последние три делают это для всех органов в целом. Но этого общего дела недостаточно, и потому каждый орган преобразование свое осуществляет и таким образом свое особенное питание получает.

И все, что органами отвергаемо как экскременты, удаляется из организма множеством путей: и легкие его отхаркивают, мозг выводит через нос, селезенка — через кровеносные сосуды, желчный пузырь — через желудок, почки — через мочевой пузырь, а сердце — непосредственно в хаос. Камень в этих органах бывает невидимый, ибо изменчив он, и оказывается в них в виде пара, подобного спирту, и тела физического как бы лишен. Но он в них присутствует, однако, и даже когда пребывает он в неподвижности или же в кругообращении, тем не менее камнем остается.

Если учесть, сколько всего человеком поглощаемо, а затем отчуждаемо в виде мочи и фекалий, от тела останется одна лишь малая часть. Поэтому лишь малое количество камня находимо во всех отдельных органах, кроме мочевыводящих путей и кишечника. Относится последнее и к камням в легких, которые встречаются у людей и животных в виде маленьких камешков, видом пшеничные или просяные зерна напоминающих. Бронхи — желудок легких, и в них чистое от нечистого отделяется. Следовательно, в этих трубках есть особые легочные экскременты; здесь они образуются и отсюда они отхаркиваться должны. А если этого не происходит, то остаются они здесь и трансформируются в маленькие листочки, серые частицы и зерна, загромождая дыхательные пути и затрудняя движение воздуха в обоих направлениях и множество разных заболеваний вызывая. А болезни эти зовутся: астма, кашель, фтизис и чахоточная лихорадка — и все они происходят от камня в легких.

У мозга желудок находится внутри него, в той части, что расположена повыше носа, и в него отправляет мозг остатки, им отвергаемые. Здесь, в мозговом желудке, также камень обнаруживается, и вызывает он безумие, манию и прочие подобные расстройства, обыкновенно по ошибке приписываемые крови. Следует тебе узнать и о почках. Хотя моча в них и находится, почки ею не питаются, но черпают пищу из тех же источников, что и прочие органы. А потому почки свои особые экскременты производят, содержащиеся в моче, вместе с нею выводимые и представляющие собою hypostasis, или осадок. И по этому осадку можно судить о том, есть ли в почках какая болезнь. И существует  искусство выделения осадка из мочи, и кто им овладел, может в почечных экскрементах ясно различить камни.

А теперь обсудим мы сходные процессы, во внешнем мире происходящие. Подобного рода камни происходят из воды в стихиях, для камней благоприятных. Возносятся они в виде росы и оседают на небесах в качестве первичной материи камней. И мир этот недвижный скрывает в себе производство этих странных вещей, для философии незаметных, но конечный продукт их — видимый. И когда на небесах преобладать начинают производные Соли и сталкиваются они с этою росою, то образуются метеориты, которые на землю начинают падать до тех пор, пока небеса не опустеют. Все это происходит в теле точно так же, как и на небесах. И люди все суть небеса, созданные в человеке такими же, какие они над нами в небе. И следует отсюда, что камень и в человеке образуется всякий раз, когда он небом порождаем. И первоначальное вещество в человеке суть все духи и все звезды, и время для него течет так же, как и для небес. Таким образом, знать тебе должно, что тому, чей путь таким образом звездами предопределен, камней  избегнуть не удастся.

Чрево бывает трех видов: первое — это воды, над которыми дух Господа нашего зародился, и было это чрево, из которого произошли небеса и земля. Затем небеса и земля сами стали чревом, в котором длань Господня сотворила Адама. Затем женщина сотворена была из мужчины; и она представляет собой чрево, производящее на свет всех людей до конца этого мира. Что содержало в себе первое чрево? Будучи царством Божиим, содержало оно в себе дух Божий. Мир включает в себя вечное, и одновременно и сам он вечным объят. Женщина ограничена собственною кожей, а все внутри нее чрево образует. И несопоставимо ее тело с мужским, хотя и была она из мужчины сотворена. И верно, что похожа она на мужчину, ибо дан был ей образ его, но в прочем — в сущности, свойствах, природе и особенностях — она от него вполне отличается. Ибо страдает мужчина страданиями мужскими, а женщина страдает женскими, а оба они страдают как твари, Богом возлюбленные. И подтверждает это Господь двоякою медициной, им дарованной нам: ибо мужская медицина предназначена мужчинам, а женская — женщинам.

Сотворил Господь человека из чрева без какой бы то ни было помощи, без всякого иного содействия. И взял он его из чрева и сделал его человеком. И более это не повторялось, поскольку вложил Господь в человека limbus как его природную сущность, так что стал человек и сам limbus, дабы мог теперь человек быть сьшом человека. И когда захотел человек иметь сына, Господь предоставил ему чрево в образе женщины. И впредь для того, чтобы потомство иметь, стали нужны двое, и не может оно произведено быть ни мужчиной одним, ни женщиной одной, но только лишь мужчиною во чреве. И для этого нужны двое, и в то же время одно, и два вида плоти, а в то же время один. И означает это, что оба зачинают человека, а один этого не может сделать. И потому они два в одном, и при этом одно, хотя и двое. Потому человек и создан из limbus, который суть отец, но формируется, строится и наделяется всем во чреве, подобно тому, как первый человек создан был в макрокосме, Мире Великом.

Что вызывает морские приливы? А подобно тому, как море вздымается и опускается, женщина становится матерью своего ребенка. Море суть мать воды. А поскольку женщина суть мать, производит она в себе такие реки, которые выходят из берегов каждые четыре недели. Менструальная кровь — это выделения, образуемые из того, что в женское чрево попадает, там умирает и затем оттуда извергается. Иные доктора ошибочно называют менструальную кровь цветком женщины. Но, на самом деле, цветет женщина в момент зачатия, и плод, то есть дитя, появляется так же, как это всегда с цветами бывает. Когда дерево зацветает, то всякий раз это бывает оттого, что плоды хотят созреть на нем, и ежели не скрываются в дереве никакие плоды, то не цветет оно. А согласно ложной аналогии, могла бы зацвести и девственница, но нет в ней никакого плода. Неужто не понимаешь ты, что чрево есть не что иное, как микрокосм. И чтобы родить, должно оно быть чисто, и остается оно чисто до тех пор, пока не закончится у женщины молоко. И пока беременность длится, никаких выделений нет, ибо все пребывает в покое и ожидает  своего времени. Ибо такова природа женщины, что трансформируется она, как только зачнет; и тогда во всем, что внутри нее, наступает лето, и нет ни снега, ни мороза, ни зимы, а только одно лишь удовольствие и наслаждение.

Женщина подобна дереву плодоносящему. И человек подобен плоду этого дерева. И дерево это должно быть надлежащим образом питаемо, чтобы иметь все нужное, дабы возможность у него была отдавать, ибо ради этого оно и существует. Но посмотри, как много вреда способно претерпеть дерево, и насколько меньше того способны выдержать плоды его. Настолько же женщина превосходит мужчину, ибо мужчина для нее, как плод для дерева. Плод падает, а дерево стоять продолжает. И продолжает дерево заботиться о будущих плодах на протяжении всей своей долгой жизни, следовательно, должно оно и получать больше, и страдать больше, и выдерживать больше ради плодов своих, дабы созревали они лучше и в счастии. Также заметить тебе должно, что плохо для дерева, но хорошо для плодов, и что плохо для плодов, но дереву хорошо. Ибо подобное же бывает и у мужчин и женщин. А различия между маленькими мальчиками и маленькими девочками подобны различиям между плодами и их семечками.

Таким образом, микрокосм — это чрево, или Мир Малый, и содержит он в себе все минералы. И следует отсюда, что тело может лечение получать из окружающего мира; а также следует из этого, что все минералы могут приносить человеку пользу, каждый соответственно подобному себе в микрокосме. И постигается это философией, на которой медицина основывается. И когда врач говорит, что марказит, или висмут, хорош для того-то, должен знать он, что есть в большом мире марказит и есть он в человеческом микрокосме. Так философы говорят. А если желает он говорить как врач, должен он, тем не менее, сказать, что в марказите заключена болезнь этого человека, и потому марказитом она и излечена будет. А если образуется в теле язва и разъедает она плоть, то что же это еще может быть, если не минерал? И следует отсюда, что крокусом полировальным можно эту язву заделать. Почему? Да потому, что крокус — это соль, которая язву такую вызвать может. А Ртуть излечивает язвы, которые ею же вызваны, и прочие вещества, содержащие мышьяк, действуют подобным же образом.

Сколь превосходно сделан человек, если одному лишь Богу известно, как постичь истинную его натуру, уразуметь, кто он есть, и во всех подробностях разобраться! И следует понять тебе великую вещь, а именно, что нет ничего ни в небесах, ни на земле, чего бы не было также и в человеке. Ибо трудятся в нем небесные силы. И для Бога, что в небесах, — то и в человеке. Где же еще быть небесам, как не в человеке? И все, в чем нуждаемся мы, должно быть в нас. И по этой причине известны им наши желания еще до того, как мы их выскажем, ибо ближе они к нашим сердцам, чем к словам нашим. Господь сотворил небеса в человеке великими и прекрасными, благими и превосходными. Ибо Бог суть в небесах своих, которые суть в человеке, ибо говорит Он нам, что Он в нас и что мы суть храм Его. И потому следует соблюдать врачу величайшую осторожность, ибо благороднейшее и величайшее творение находится в руках его. Должны мы описать и другую половину человеческой натуры, дабы врач уразумел человека в целом. Хотя эта сторона человека и невидима, свет Природы позволяет ее разглядеть. Что бы мы, люди земли этой, знали бы о ее явлениях, если б не свет Природы, ибо делает он невидимые вещи видимыми. То, что видят наши глаза, не требует большого подтверждения, но немалые нужны доказательства для того, чтобы с невидимыми вещами обращаться, будто с видимыми. Следует знать тебе, что видимое нами — это лишь половина сущего на свете и что от того, чего не видим мы, в не меньшей мере зависят движение, суть и свойства мира. И есть еще невидимая часть человека, в которой невидимая часть мира действует и находит свое подобие. Таким образом от этих двух миров два человека в одном теле получаются. Столь чудны творенья, что в свете Природы можно познать в них и то, что сделал в них Господь невидимым видимое, и то, что мы можем видеть своими глазами. Так Господь свои магналии применяет, и они суть труды Его; и такова наука света Природного, что должны мы не только глазам своим доверять, но и стремиться узнать должны и изучить явления, которых не видим мы, но которые находятся при этом прямо перед нами подобно тому, как будто столб бы стоял перед слепцом, а тот его не видел. Уразумей это из следующего примера: не видим мы цветов при лунном свете, но ясно видны они на солнце. Подобным же образом и свет Природы превосходит солнечный свет и всякую способность к зрению.

То же случается, когда слышим мы колокол в темной ночи; мы не видим колокола, но видим его действие, явленное нам через слух. И если хотим мы узнать, чем слышимый нами звук производится, мы можем добиться этого через посредство освещения. Такой свет дает нам луна, однако он бледен, а солнце сияет много ярче. И можем мы не удовлетвориться тем, чтоб свет осветил нам плоды некоего труда и сделал их видимыми, но продолжить изыскания и уразуметь, что то, чем деяние совершаемо, превосходит плоды труда своего, и дабы увидеть его, света требуется более. И изучение деяний приводит нас к тому, кем они осуществляются. Дионисий Ареопагит понимал астрологию, но не понимал он, каково в ее свете значение Христа Распятого; не хотел он быть превзойден деянием, но уразуметь желал Творца, и потому искал он света иного и нашел его. Ибо кто взыскует, обрящет тот. И таким образом найдем мы причины болезней, источник которых в видимом теле определен быть не может, побуждая нас не говорить, будто за пределами сие нашего разумения, но разжечь огонь, дабы могли сказать мы: «доступно сие нашему разумению».

Вот почему хочу я предостеречь тебя, читатель, чтоб понимал ты правильно все заболевания, ибо если деяние видимо, то и причина его должна быть видимой. И пусть не удручает тебя то, что не все на свете ясно видно нам, но учитывай то, как много тайн у Господа нашего. И когда изучаем мы что-либо, то открывается нам, что по ошибке называли мы невидимое невидимым, ибо все на свете учит нас тому, что есть у него причина. И подобным образом дом есть плод труда и видим мы его, мастер, его построивший, есть плод труда Божия, а дом есть плод труда мастера. И понятно должно быть, что когда видим мы ясно своими глазами плоды чьего-либо труда, то можем мы узнать, чей это труд, и столь же ясно увидим этого их создателя. И в области вечного все можно узреть посредством веры, а в области вещественного все невидимое открываемо нам светом Природным.

Надлежит мне писать о явлениях природных, и когда они описаны, то многое, что было прежде тайным и понятым плохо, становится явным и понимается правильно. И подобно тому, как врач изготовить может квинтэссенцию золота и Авиценну-Софиста тем самым опозорить, так медик-мошенник может сказать: «Не природой совершаемо сие, но Асмодеем»,— и будет он так заявлять и предоставит доказательства, и утонченнейшие среди врачей будут с его мнением считаться по причине невежества своего. Но как смеют они предполагать, будто известны им все силы в Природе? Ибо силы эти суть плоды божественной мудрости, и кто в силах всю эту мудрость постичь целиком, когда Писание говорит нам, сколь безгранична она, и повествует нам о величии глубины ее и таинственности. И что человек, и что его поступки все и мысли в сравнении с высочайшими вершинами, доступными созерцанию в свете Природном? Ничто. Ибо даже если бы был он выше солнца, или даже выше нового солнца, всемеро ярче, все равно не достиг бы он даже начал божественной мудрости. Ибо свет Природы — это будто крошки со стола Божия, и язычники собирали их, и Иуда от них отказался, а нам надлежит не отказываться от них, но подбирать их всякий раз, как они падают.

Все, что в свете Природы свое объяснение получает, должно к Первотворению касательство иметь. Ибо всякое начало суть источник, свойство и природа своего следствия, поскольку подобным подобное порождаемо. Первотворение — это небеса и земля, и не только в виде и форме своих, но и в естественных силах своих и свойствах; и человек создан был Богом по образу и подобию Своему из всего сотворенного вслед за сотворением всех вещей. И человек есть Мир Малый по форме своей, телесной субстанции, и всеми своими силами, и свойствами соответствует он Миру Великому. И носит он великое имя «микрокосма», потому что все небесные орбиты, и земная природа, и свойства водяные, и сущность воздушная ему присущи. И природа всех плодов земных, и всех минеральных руд водяных, и всех созвездий, и четырех ветров — все это также в нем присутствует. И нет ничего на земле, чья бы природа и сила в человеке не пребывала бы. Господь сотворил человека из limbus по образу Своему, нет которому подобного по величию его, и изяществу, и силе. И все эти чудесные качества присущи человеку, и все силы деревьев и трав содержатся в его мумии, и не только лишь силы земли, но еще и силы воды, и свойства металлов, и природа марказитов, и сущность камней драгоценных. Все это в человеке есть.

И кто сможет разделить и изучить части, из которых человек складывается, тот найдет все, чего ни пожелает. Мелисса есть здесь и антимоний, то есть сурьма,— все содержится в мумии, и все это естественно, только не все еще различимо. И надлежит о микрокосмических силах говорить, и все невидимые воздействия, простым народом представляемые в виде волшебства, колдовства и сатанизма, должно объяснять, ибо все они естественны и имеют естественные причины. И должно тебе понимать двоякую природу человеческого тела, имеющего свойства воспринимаемые и невоспринимаемые, ибо и те, и те на видимое и невидимое тело свои естественные влияния оказывают.

Если бы стал кто рассматривать Христово воскресение и чудеса святых как природные явления и знаки, то слова Христовы о том, что будут знамения великие, подтвердились бы. Но невежество побуждает человека считать все эти события сверхъестественными подобно тому, как побуждает оно простой народ считать врачей богами. То же касается Христа и святых, потому что неизвестно, какие свойства телам их присущи. И тело, в коем славы нет, есть не что иное, как тело природное. Колоквинт очищает, и все тайны такого рода на язычников оказывают такое же воздействие, как и на христиан. Просто Природа поступает всегда соответственно порядку своему и установлению.

Все наши качества нам внутренне присущи. А если особые свойства на свете появляются, то тело их сохраняет и после смерти. Хотя дух от тела и отделяется, внутренняя природа и свойства тела остаются лежать в земле, будто шафран в жестянке, и такими телами наделена земля также щедро, как бывает богата аптека травами в жестянках. И если бы не говорил Христос об этих знаках, у кого нашлось бы наглости искать их в Природе с таким тщанием? И кто бы проник тогда к сердцу Природы самой, из коего знаки все исходят?

Природные возможности много лучше Гиппократовых, ибо не мог он совершить ничего, на что не было указания. Природа лечит невидимо, и нет для нее различия между указанным и неуказанным. И нельзя медицину на вкус попробовать и зубами разжевать, и никто ее не видит. И поскольку никому не видна она, тело ее значения не имеет. И как Смерть может подкрасться к нам и, удушив, убить нас, так на то и медицина способна. И дело тут не в теле, но в свойствах, и потому квинтэссенция, или пятая сущность, изобретена была, и один лишь золотник ее превосходит двадцать фунтов материи, из которой была она извлечена. И чем меньше тело, тем ценней его свойства. И подобно тому, как солнце может светить сквозь стекло, а огонь — жечь сквозь стену, так тела могут испускать невидимые воздействия на расстоянии, сами при этом в покое пребывая.

Есть entia (сущности), действующие пер­вопричины, или воздействия, нашими телами управляющие и принуждающие их. Звезды обладают силой и действенностью по отношению к телу и потому имеют власть над ним, и тело всегда должно быть готово слу­жить звездам. Это качество звезд называется ens astrorum (космическая сущность), и эта сущ­ность — первая из тех, о которых пойдет речь. Вторая сила, нами управляющая и вызывающая наши болезни — это ens veneni (ядовитая сущность), влияние яда. Даже когда звезды благорасположены и не наносят ущерба нашему тонкому телу, ядовитая сущность спо­собна вредить нам, а мы подвластны ей и не­способны защитить себя.

Третья сущность может вызвать болезни и ослабление тела, даже когда два других воз­действия благотворны. Она называется ens naturale (природная сущность). Если она ис­кажается или распадается, человек заболевает. И тогда многие другие болезни возникнуть могут, а может быть, все, даже если прочие сущности благотворны.

Четвертая сущность, ens spirituale (духов­ная сущность), способна наши тела разрушить и вызвать различные болезни. Но даже если все эти четыре сущности благоприятны для нас, есть еще пятая сущность, и она может вы­звать болезни. Это ens Dei (Божия сущ­ность). И ни одна из сущностей не заслужи­вает такого внимания, как эта последняя, ибо через нее постичь можно природу всех осталь­ных заболеваний. Заметь также, что различ­ные болезни случаются не от одной причины, но от пяти.

Звезды власти над нами не имеют, ничего нам не внушают, не вызывают у нас раздра­жений и ни к чему не склоняют; они свободны от нас, и мы свободны от них. Но заметь, что без небесных тел жизнь наша невозможна, ибо холод, тепло, и все, что мы едим и пьем, от них происходит, кроме одних лишь людей. Звезды для нас полезны чрезвычайно, и мы нуждаем­ся в них так же, как нуждаемся в холоде и тепле, еде, питье и воздухе, однако мы им не принад­лежим, и они нам не принадлежат, ибо таков промысел Господень.

Неведомо, что в тверди небесной служит нам во благо. Ибо ни ясность Солнца, ни ис­кусства Меркурия, ни красота Венеры не по­лезны нам; но Солнце дает нам лето, когда плоды созревают и все, что питает нас, произ­растает. Подумай, однако: если дитя, рожден­ное под счастливейшими звездами и планетами и наделенное богатейшими из даров, в характе­ре своем имеет качества, противоречащие бла­гости этих даров, кого виним за это? Во всем виновна кровь, доставшаяся ему по наследству. Не в звездах, а в крови тому причина.

Один человек превосходит другого в зна­ниях, богатстве или в силе. И ты приписываешь это звездам; но должно подобные мысли выбро­сить из головы: ибо удача коренится в способ­ности, а способность коренится в духе. В каж­дом есть особый дух, согласно характеру которого в человеке развивается особый та­лант, и если кто упражняется в том, к чему у него талант, то и удача сопутствует ему. Этот дух зовется Архей, и мы не станем гово­рить о нем более, дабы не отступить от нашей темы. Ты говоришь также о разнообразии во внешности людей и что так много времени про­шло со времен Адама, и не бывает так, чтобы один во всем походил на другого, за исключе­нием близнецов, а если таковое случается, то это великое чудо. И ты приписываешь его не­бесным телам и их таинственным силам.

Должно знать тебе, что Господом опреде­лено, чтоб был особый женский пол, и до тех пор, пока через него все формы, цвета и разновидности людей, коим нет числа, не появят­ся на свет, то родятся еще люди и пребудут, как были те, кто ныне уже мертвы. А когда будет светопреставление, то будет это означать, что все роды и разновидности людей свое вопло­щение получили, ибо только тогда все формы, цвета и разновидности исчерпаются и новых создать уже нельзя будет. И не воображай, будто возможно приблизить конец этого мира или какой-либо части его. Ибо когда все роды и разновидности воплотятся и ничто новое не возможно будет вызвать к жизни, лишь тогда век мира сего подойдет к концу.

Ты верно говоришь, что если б не было воз­духа, то все исчезло бы. Но воздух содержится в тверди небесной, и если бы его в ней не бы­ло, то твердь небесная растаяла бы. И это мы называем Мистериум. Заметь, что этот Мистериум включает в себя все сотворенное в небе­сах и на земле и все стихии в них и через них сущие. Вот пример, объясняющий, что есть Мис-териум. Когда некие покои закрыты и запер­ты на замок, то запах в этих покоях происхо­дит не от них самих, но от того, кто в них находится. Следовательно, всякий, кто войдет в эти покои, будет ощущать запах, источаемый не воздухом самим по себе, но тем, кто ока­жется в помещении. Теперь уясни, что под воздухом здесь мы подразумеваем звездную сущность. Ты заявляешь, что воздух проис­ходит от движения небесной тверди: что мы не неподвижны, но ветер проявляет свою метеоричностъ. Воздух происходит от Всевышнего и был сотворен прежде всего; а все остальное после него сотворено было. Твердь небесная существует благодаря воздуху, равно как и все твари земные, следовательно, воздух от тверди небесной не происходит. Ибо поддерживаема она воздухом так же, как и человек; и если бы твердь небесная была неподвижна, то и воздух оставался бы недвижим. И если бы мир весь разрушен был, а твердь небесная осталась не­вредимой, это было бы потому, что в ней не

было бы воздуха, и потому, что весь он раста­ял, и тогда все человечество и все стихии ис­чезли бы, ибо жизнь в них воздухом поддер­живаема; и сие есть Мистериум Магнум.

Воздух этот может перемениться и стать ядовитым, и люди будут вдыхать его, и посколь­ку жизнь человека от дыхания зависит, тело его охватывается тем, что содержится в Мисте­риум Магнум, и тотчас же заражается. Так, подобно тому как комната содержит воздух в себе, и Мистериум Магнум может содер­жать в себе нечто, заражающее его, остающе­еся в нем и никак не способное из него выйти.

А вот как надлежит тебе понимать ens astrorum. У звезд — своя сущность и свои свойства, подобно тому, как есть они у людей на земле. Звезды изменчивы: порой бывают хороши, порой плохи, когда добры, а когда злы. Когда бывают они добры, то никакого зла от них не бывает; но если они злы, то могут заразить. Помни, что звезды окружают зем­лю подобно тому, как скорлупа окружает яйцо: воздух проникает через эту скорлупу и прямо к земле направляется. Заметь также, что ядовитые звезды отравляют воздух своим ядом; и если в какое место такой отравленный воздух попадет, то сразу же приключаются в нем болезни, сообразные особенностям звезды, его заразившей; но весь воздух на земле отрав­ленным от этого не станет, а только лишь часть его, также особенностям звезды соответствен­ная. Подобным же образом все происходит и с благоприятными свойствами звезд. Все они есть астральная сущность, а именно: все­возможные выделения, испарения и выпотевания звезд, к воздуху примешивающиеся.

Отсюда происходят холод, жар, сухость, влажность и прочее, сообразно свойствам звезд. Заметь, что звезды не действуют сами по себе, но только заражают своими испаре­ниями ту часть Мистериума, которая нас от­равляет и ослабляет. Таким образом астраль­ная сущность переменяет тело человека к добру или к худу. Чья кровь враждебна к подобного рода испарениям, тот заболевает. А чья при­рода им дружественна, тому вреда не будет.

Также и тот не пострадает, кто хорошо защи­щен от подобного зла, ибо превозмогает он от­раву живучестью своей крови или целебными средствами, способными одолеть вредоносные небесные испарения. Заметь еще, что все творенья человеку противостоят, а человек — им противостоит: все могут ему навредить, а он ничего с ними поделать не может.

Пруд, в котором Мистериум благоприятен, — полон рыбы; но если стужа будет чрезмерной, то рыба вымрет, и случится  это потому, что излишнее охлаждение Мистериума противоположно природе воды. Но холод этот происходит не от Мистериума самого, но от небесных тел, которым он свойственнен. Солнечный жар способен воду перегреть,  и рыба в этом случае также вымрет. Определенные небесные тела оказывают эти два влияния, а другие делают Мистериум кислым, горьким, сладким, едким, мышьячным и так далее, с сотнями различных оттенков. Всяким большая перемена в Мистериуме меняет и тело человека; а потому заметь, что звезды заражают Мистериум таким образом, что мы от природных испарений заболеваем и умира­ем. Врачевателю не стоит этому удивляться, ибо в небесах ядов столько же, сколько и на земле.

И следует ему также помнить, что без яда болезней не бывает. Ибо с отравления всякая болезнь начинается, от отравления же заканчи­вается, случается она внутри тела или же в ране. И когда уразумеешь ты это, то откроется те­бе, что есть более пятидесяти болезней, а кро­ме них еще пятьдесят, друг от друга отличных, все от мышьяка происходят; еще более того — от соли, еще более — от ртути, а от красного мышьяка и от серы — и того больше. На все это мы тебе указываем, дабы уразумел ты, что можно тщетно искать особую причину для ка­кой-либо болезни, поскольку одна субстанция многие другие порождать способна: определи субстанцию, и тогда особая причина тебе ясна будет. И правила этого придерживайся стро­го: ищи субстанцию, вызывающую хворь, а не довольствуйся  видимой  причиной.   Правило сие практикой подтверждено.

Заметь, что некоторые из астральных сущ­ностей, такие как красный мышьяк, отравляют одну лишь кровь; иные наносят ущерб голове, как ртутная отрава; иные — одним лишь кос­тям и кровеносным сосудам, как соли; а у иных природа такова, что вызывают они во­дянку и опухоли, как аурипигмент или цветы мышьячные; а есть такие, что вызывают лихо­радку, и это горькие яды.

И дабы все это уразумел ты лучше, пока­жем мы тебе, на какие разновидности болезни разные подразделяются.

Одни сущности, в тело проникая, там с liquorem vitae встречаются, и от этого в теле получаются болезни; а другие сущности вы­зывают воспаления и язвы, и получается это от столкновения с virtutem expulsivam. Вся на­ука здесь в знании этих двух разновидностей и заключается. А теперь, вслед за объяснением астраль­ной сущности, должно последовать объяснение сущности ядовитой, которая наши болезни вызывает. Известно тебе должно быть, что необходимо телам нашим такое устройство, по­средством которого они питаемы и жизнь в них таким образом поддерживаема, а где такого устройства нет, там и жизни нет. И нет ника­кого яда в самом теле, но есть он в том, чем мы питаемся. Тело сотворено совершенным, а вот пища — нет. Все прочие животные и плоды служат нам пищей, но они же и ядовиты для нас. Однако сами по себе они не ядовиты, ибо сотворены они так же совершенно, как и мы, но ядовиты они для нас, когда употребляемы в пи­щу, ибо что отравляет нас, — для них вовсе ядом не является.

Поскольку все совершенно само по себе, но для других и вредно бывает, и полезно, угодно Господу, чтоб были алхимики, великим искус­ством отделять одно от другого владеющие, дабы все вредные яды они выбрасывали, а все

полезное в тело направляли. И подобно тому, как князь знает, как лучшие качества своих под­данных использовать, а проявления худших — не допускать, так и алхимик оставляет из того, чем питаемся мы, лучшее, а все, что есть в на­шей пище плохого,— исключает.

Бык ест траву, а человек ест быка. Павлин ест змей и ящериц, тварей самих по себе совер­шенных, но ни для кого в пищу не пригодных, за исключением одного лишь павлина. У каж­дого существа — своя еда и свой алхимик, от­деляющий вредное от полезного. У устрицы есть алхимик, отличающий ее пищу от экскре­ментов. Саламандра питается огнем, и нужен ей для этого свой алхимик. Свинья ест челове­ческие экскременты, потому что свиной алхи­мик искусней человеческого и умеет выделять питание из экскрементов. А свиных экскре­ментов никто не ест, ибо нет в животном мире алхимика умнее свиного, и никто не умеет отде­лять питательное от ядовитого лучше, чем он.

Выделяет алхимик то, что для тела благо, и превращает его в тинктуру, которая, попадая в тело человеческое плотью становится и кро­вью. Алхимик этот в желудке пребывает, там он трудится и всеми своими приготовлениями занимается. Вот съедает человек кусок мяса: а в нем и хорошее для него есть, и плохое. И ког­да достигает это мясо желудка, встречает там его алхимик и расщепляет его. И то, что здо­ровью не способствует, отсылает он в специ­альное место, а все полезное направляет туда, где в нем есть потребность. И такова воля Гос­подня: так тело человеческое устроить, чтоб не могли яды, будучи съедены, человеку на­вредить. И в этом состоит сила и добродетель того алхимика, что у человека внутри.

То, что полезно во всем нашем питании, за со­бой яды скрывает. А значит это, что во всем присутствуют essentia и venenum: и эссенция нас поддерживает, а яд — вызывает болезни. Ибо порою алхимик свою работу выполняет не очень хорошо и отделяет полезное в нашем питании от вредного с недостаточным тщанием, и случается тогда в смеси полезного с вредным гниение, и получается несварение. Все болезни, происходящие от ядовитой сущности, начи­наются с несварения. И там, где пищеварение нарушено, алхимик своими инструментами владеет не вполне, и случается от этого загряз­нение, а оно есть мать всех хворей, ибо тело от него отравляется. Чистую воду окрасить в лю­бой цвет можно, а тело здесь воде подобно, и окрашивается оно в цвет гниения, а нет такого гниения, которое не случалось бы от яда.

Природная сущность заключается в следу­ющем: астрономии известны влияния, небес­ная твердь и все небесные тела, и объясняет она звезды, планеты и природу небес до малей­ших деталей; а в человеке есть точно такие же созвездия и небесная твердь. И не станем мы возражать против того, чтоб назвать человека микрокосмом, однако понимать это нужно правильно. Равно как твердь небесная и со­звездия в небе свободны и независимы, так и человек устроен совершенно независимо и ни­чем не связан. Но есть два творения: одно в не бесах и на земле, а другое — в человеке. Зем­ля приносит плоды для того, чтобы в человеке жизнь поддерживать. Но как созревают пло­ды в мире, так они зреют и в человеке. И как земля существует ради одного того, чтобы че­ловека питать, так и тело человеческое только лишь для этого и сотворено. И все питание, необходимое органам, произрастает в самом теле, и растительность эта подобна плодам земли. Но должно тебе уразуметь, что тело питает одни только конечности, ибо остальные органы есть его планеты и в питании не нуж­даются. А тело — двойственно, и одновре­менно оно земное и небесное.

И две природы есть у человека: одна сама себя питает, а другая взыскует пищи. И есть в теле часть, которой питание не требуется, и это есть небеса тела. А вот корпус земле по­добен, и из него происходит питание, потреб­ляемое четырьмя конечностями. А есть еще у те­ла внешнее соединение, посредством которого питание внутрь тела снаружи поступает; и та­кое питание одним лишь корпусом потребляемо подобно тому, как потребляет земля навоз, коим ее удобряют. И не приносит это питание плодов, и не умножает оно семени, но лишь поддерживает оно субстанцию тела и достав­ляет ему удовольствие. Вот чем питание чело­веку полезно.

Есть у тела семь органов, которые не ис­пытывают никакой потребности в питании, но подобны они семи планетам, которые питают себя сами, и ничего ни друг у друга, ни у звезд не приемлют. Одна из этих планет — Юпитер, и не нуждается он в удобрении для поддержа­ния жизни в своем теле, ибо обеспечен был он всем необходимым при творении. И подобным образом не нуждается в питании и человечес­кая печень. И так же, как понимаем мы печень и планету Юпитер, должно понимать, что мозг — это Луна, сердце — это Солнце, се­лезенка — это Сатурн, легкие — это Мерку­рий, а почки — это Венера. И так же, как мы понимаем движение в небесах, так понимать нужно и естественное движение в теле. И если не понимаешь ты этого, то не сможешь ты уразуметь сущности естественных заболева­ний, вызванных природными сущностями.

Когда дитя на свет рождается, то одновре­менно с ним и твердь его небесная, и семь са­мостоятельных органов, планетам подобных, также возникают. При рождении младенца небесам требуется предопределение, а именно то, как долго сущность природная в них дей­ствовать будет. И примером тому могут служить песочные часы, должно которые установить, чтобы песок в них на протяжении некоего вре­мени бежал. И когда это сделано, знаем мы срок, за который весь песок истечет. И При­роде подобным же образом известно, когда природная сущность в теле подойдет к свое­му концу. И в течение этого срока, от рождения до предопределенного конца, творческая при­родная сущность понуждает все телесные пла­неты свой совершить полный оборот. И ежели ребенку предопределено прожить всего десять часов, то его телесные планеты каждая свой

полный оборот совершат, так же как если бы прожил он сто лет. А телесные планеты столет­него человека, в свою очередь, столько же раз оборачиваются вокруг своей оси, сколько и у младенца, прожившего всего один час, но только делают это намного медленней.

А еще неправильно будет связывать сред­ства, которыми тело исцеляет свои болезни, происходящие от природных сущностей, со звездами и их движениями. И когда заболеет тело через свои природные сущности, то очи­щаться оно будет своими собственными сред­ствами, сообразными собственному кругооб­ращению, а не небесному. И соответственно природным сущностям, Сатурн никак не вли­яет на селезенку, а селезенка с Сатурном ни­чего поделать не может. И человек живет своей жизнью от рождения и до предопределенного ему конца, а небеса — своей. Но если кто знает, каково небесное предопределение, то узнает он и предопределение человеческое. Но толь­ко Богу одному известно, какова всего сущего конечная цель. Заметь однако, что все возра­стания, соединения, противостояния и прочее тому подобное имеют место не вещественно, а спиритуально и на уровне организации всего воплощаются, но не в изменениях телесных. Ибо быстрота круговращения телесного ни возрастания, ни уменьшения субстанции не допускает. И протяженней время астрономи­ческое, нежели короткое время человеческое. А теперь, когда обсудили мы движения звезд и элементов физического тела, присту­пим к описанию четырех соков телесных: хо­лерического, сангвинического, меланхоличес­кого и флегматического. Как бы то ни было, отвергаем мы традиционное учение о том, что якобы они происходят от звезд или же от сти­хий. Есть в теле, равно как и в мире окружа­ющем, четыре оттенка: кислый, сладкий, горький и соленый. И эти четыре оттенка все­му на свете присущи, однако в человеке лишь они воплощаются. Холерический, или желч­ный, происходит от горечи и всего, что есть на свете горького, горячего и сухого. Меланхоли­ческий суть кислота, и происходит он от всего

холодного и сухого. Флегматический оттенок есть мокрота и сладость, и что сладко — то холодно и влажно. А сангвинический коре­нится в крови соленой и происходит от того, что горячо и влажно. Эти четыре жизненных сока в теле обретаются. И когда соленое в че­ловеке преобладает,— это сангвиник, когда горькое — это холерик, если кислое — то ме­ланхолик, а если сладкое — то флегматик. И оттенков четыре, но преобладает лишь один. И в соответствии с наблюдениями эти­ми, в движениях телесных четыре типа круго­вращения выделить можно: небесный, стихий­ный, круговращение видов и круговорот соков. А все болезни, природными сущностя­ми вызываемые, также на четыре разновидно­сти можно поделить: сидерические, они же хронические; элементальные, они же острые или тяжелые; внешние, они же morbi naturales, природные недуги; и недуги от соков жизненных случающиеся, они же болезни от­тенков.

Болезни бывают двух видов: материальные поражают тело,  а нематериальные  —  дух. Этот последний же невидим и неощутим, но от болезней страдает так же, как и тело. При­чины болезней духа зовутся спиритуальными, или же духовными сущностями, потому что тело ничего с ними поделать не может. Но не забывай, что когда дух страдает, то и тело страдает вместе с ним, ибо в теле дух себя проявляет.

Есть тело и есть дух, и предназначение ду­ха — поддерживать в теле жизнь, наподобие того, как воздух не дает людям задохнуться. Дух человеческий ощутим и видим для других духов. И имеют они отношения с прочими ду­хами, подобно тому как и тела имеют отноше­ния друг с другом. У меня есть дух, и у друго­го человека также есть дух, и духи наши также знают друг друга, как и мы с этим человеком, и разговаривают они между собою, но не при помощи такой речи, как у нас, но своей, осо­бой. И бывает так, что один дух становится на другой сердит, и может тогда один другому навредить. И ущерб в этом случае будет духу нанесен, однако поскольку дух размещен в теле, то и тело пострадает и заболеет, и болезнь будет не физическая, ибо не является она следствием воздействия физической сущнос­ти, но духовной, и потому помочь здесь может только спиритуальная медицина.

Два способа есть, какими дух может в теле болезнь вызвать. Первый — это когда духи ущерб друг другу наносят безо всякого на то желания и воли человека; но есть и еще один, и должно о нем знать — это когда один чело­век вредит другому и происходит это через объединение сил мысли, чувства и воли. Эта воля, направленная и непреклонная, есть мать духа. И если желаю я изо всех сил навредить кому-либо, то сила воли, творенье духа моего, начнет действовать против духа указанного человека. И пострадает он телесно, только боль происходить не в теле будет, а в духе. И точ­но так же возможно и единоборство двух ду­хов, и один может над другим победу одер­жать. И если соперник мой передо мной не устоял, то это потому, что дух его не был столь пылко возбужден против меня, как мой про­тив него.

Известно тебе, что если восковую фигуру другого человека закопать и придавить камня­ми, то человек этот начнет испытывать боль в тех местах, где камни лежат, и не поправится до тех пор, пока не снимут груз с фигуры. И если ногу сломать у фигуры, то и человек сло­мает ногу; то же касается ножевых и прочих ран и других подобных вещей. Такова сила не­кромантии. И дело тут в том, что духу одного человека дух другого наносит ущерб. Тело ран не получает, однако они им ощущаемы и вид­ны ему. Их дух вызывает. И потому, дабы те­ло излечить, тебе следует не на него стремить­ся повлиять, а на дух.

Тебе следует также знать, что во многих людях болезнь может быть вызвана при помо­щи одной лишь силы воли безо всяких фигур и прочих средств. Такое получается, когда люди в подобных делах не искушены, однако обла­дают волею настолько сильной, что способны возбудиться и вызвать в духе другого челове-

ка болезнь. И происходит это посредством сна, когда их помышления о ком-то другом во­площаются и дух одного приходит во сне к ду­ху другого и наносит ущерб при помощи слов, которые в сознании при этом не запечатлева­ются.

До этого мы писали обо всем, будто языч­ники и в языческой манере, и потому теперь поведем мы речь об ens Dei, Божией сущнос­ти, и потому нас более нельзя будет обвинить в язычестве. Ибо вышеописанное представля­ло собою случай использования языческого в согласии с Природой и тем, что Господом на­шим нам предопределено. И хотя все заболе­вания и происходят от Природы и четырех сущностей, тем не менее следует их излечения искать не в Природе, но в религиозной вере. Об этом и пойдет сейчас речь. И следует тебе знать, что именно здесь следует искать тебе основы целительства, и здесь истинная меди­цина будет тебе открыта. И здоровье, и недуги все от Бога происхо­дят, а не от человека. Болезни человеческие следует подразделять на две части: естествен­ные и искупительные. Естественные заболе­вания происходят от первой, второй, третьей и четвертой сущностей, а от пятой происходят наказания. Когда наказывает нас Господь, то в болезнях наших явлен нам пример или же урок, напоминающий нам, что все наши зна­ния суть ничто. Но для того, чтоб имели мы возможность этот урок усвоить, дает нам Гос­подь и возможность излечиться от недугов на­ших, так же как дает Он нам здоровье наше и нездоровье.

Тут заметить следует, что все болезни сле­дует лечить своевременно, а не тогда, когда нам пожелается или заблагорассудится. А это значит, что не может врач знать времени на­шего выздоровления, ибо все пребывает в руце Господней. Ибо всякая болезнь суть нака­зание, а потому ни один врач не может излечить ее, пока не прекратит это наказание Бог. И должен врач в трудах своих помнить о предопределенности этого наказания. И учи­тывая, что всякое заболевание суть наказание, врач должен понимать, что он не может опре­делить ни времени выздоровления, ни срока, когда его лечение подействует. И может быть целитель столь хорош и столь искусен, сколь ему пожелается, но прежде, чем излечит он больного, час для этого излечения должен пробить. Создал Господь медицину, дабы сра­жалась она с болезнями, а также создал Он и врачей, но не имеют они на пациента никакого воздействия до тех пор, пока время не настает, когда Природа и искусство вмешаться смогут в ход событий. И никак не ранее того.

Господь без людей ничего не делает. Если совершает Он чудо, то происходит оно через людей, а именно через врачей. Но поскольку два рода врачей существует, и одни из них ле­чат чудесным образом, а другие с помощью медицины, прежде всего понимать следует, что чудеса совершает лишь тот, кто верует. Но раз вера не столь сильна среди людей, а срок наказания ко времени излечения истечь дол жен, то врачеватель понимает: что бы ни со­вершил Господь чудесным образом, должна для того в больном быть сильна вера.

Ибо истинное искусство — это разум, му­дрость и рассудок, и упорядочивает оно те ис­тины, которые опыт открывает; а тем, кто за воображение свое лишь держатся, не на что опереться, кроме одних только формул, свое отживших и пустых, как тебе должно быть хо­рошо известно.

Спагирическая медицина

Оный метод был опубликован в петербуржском журнале «Изида» в начале 20-го века и взят, вероятно из Paracelsus, The Manual Concerning the Medicinal Philosophical Stone, trans. & ed. E.A. Waite, The Hermetic Writings Vol. 2, 102-103

Пролог

Следует знать, как изготавливается философский камень, называемый нами вечным и совершенным эликсиром, и в чем проявляется его действие. Возьмем, к примеру, огонь и рассмотрим, как он нам представляется и каким образом проявляется его теплота. Огонь добывается с помощью кремня, но этот огонь не проявится, если не придет в соприкосновение с подходящей для этого материей: деревом, трутом, маслом или иными легко воспламеняющимися веществами. И чем больше в него помещают горючих веществ, тем он сильнее. Точно так же и философский камень, или вечный эликсир проявляет свое могущество лишь при соприкосновении с человеческим телом. Если этот камень приготовлен из подходящего вещества и в согласии с принципами философии, он возобновляет и восстанавливает органы жизни, как дерево, брошенное в пламя, оживляет его. Понятно, что материя, или эликсир предохраняющий человеческое тело от всех случайностей вещество сложное Нужно долго работать, чтобы найти истинное вещество, а найдя обращаться с ним бережно и пользоваться осторожно и умеренно. Только тогда это лекарство очистит кровь от вредных элементов и даст здоровье.

Добросовестный доктор должен хорошо знать науку и не быть честолюбивым. Он не должен любить пышность и споры, не должен доверять аптекарю, но должен знать болезни и расстройства организма, а вы, несведущие лекари, пользуете больных, опираясь на свою самонадеянность и невежество. Такой грех не должен остаться безнаказанным, ибо это предумышленный проступок, имеющий лишь корыстную цель. Эти мнимо-ученые медики не знают лекарств, которые они прописывают, и способов их приготовления, а аптекари знакомы с ними еще менее. В сущности, ни доктор, ни аптекарь не интересуются здоровьем пациента, а думают лишь о пополнении кошелька. Когда сами болеют, они не принимают лекарств, прописываемых ими другим. Эти грехи следует искоренять, но я боюсь, что этих бешеных собак не так легко усмирить.

Но вернемся опять к нашей теме, от которой меня отвлекло сочувствие несчастным больным, и скажем, как изготавливается философский камень и каким образом надо им пользоваться.

Знайте же, что многие древние писатели говорят о материи камня аллегорически, чтобы ввести в заблуждение не посвященных. Потом Гален заменил эти рассказы своими безумными теориями, которые так утвердились в невежественных мозгах, что держатся и поныне.

Скажи мне, медик школы Галена, откуда истекает твое учение? Можешь ли ты вылечить проказу, водянку? Ты молчишь, не знаешь, что ответить, и должен признать превосходство Теофраста. Если ты хочешь действительно просветиться, прочти, что я пишу, и ты поймешь, что человеческое тело не нуждается в твоих травах. Что касается твоих пилюль, то они могут действовать на тело, когда ты его очистишь от вредных веществ, в противном случае они принесут столько же вреда, сколько и пользы, а потому лучше ими не лечиться. Твои микстуры также ни к чему не годны, их горький и отвратительный вкус вызывает тошноту, усиливает болезнь и причиняет страдания. Они действуют средствами, противными Природе, не говоря уже о прочих твоих глупых и бессмысленных лекарствах.

Если мы желаем подражать Природе и употреблять естественные лекарства, то посмотрим, что лучше всего сохраняет здоровье. У металлов громадное сродство с человеческим телом: они могут сильно действовать на него. Как и человек, они состоят из серы, меркурия и оккультных солей. Действовать подобным на подобное — вот великая тайна врачевания и значение «Аркана».

Я уже сказал в прежних моих сочинениях, каким образом сера, меркурий и соль образуют металлы. Здесь я буду говорить только о философском камне. Знайте же, что из мельчайшей вещи можно добыть другую вещь. Каждая вещь порождается, образуется, умножается и уничтожается, сообразно своей природе. Можно себе представить, чем она была и чем будет, а случайности, которым она подвержена, происходят от свойственных ей несовершенств. Только Природа может излечить вред, причиненный этими случайностями, огонь же не в состоянии этого сделать, но философский камень — может.

Если ты хочешь употреблять истинное вещество при изготовлении камня, нужно его очистить и образовать из него и из другого, соответствующего ему третье вещество. Материя камня в природном состоянии несовершенна и, будучи таковой она не может сделать того на что способна в совершенном виде. Не обработанная, она являет собой лишь наполовину оконченное произведение для довершения она нуждается в соответствующей ей материи. Микрокосм представляет тому пример, ведь семя человека не может довершить своего дела, пока не придет в соприкосновение с соответствующей ему материей, то есть с женским началом. Прежде всего, надо обратить камень в первоначальный вид (то есть открыть и извлечь из него алкалоид): нужно, чтобы его внутренняя часть стала внешней и наоборот. Таким способом подготовленное (освобожденное) семя это может соединиться с другим в данном сосуде, огонь их усовершенствует и даст им способность восстанавливать человеческое тело и очищать металлы: вот тайна Природы которая должна быть известна каждому медику.

Чтобы выразиться яснее о веществе и изготовлении этого драгоценного лекарства, скажем, что должны знать адепты науки, любящие истину. Природа производит известную вещь, в которой таинственным образом сокрыты 1, 2 и 3, чьи совершенные качества сохраняют здоровье, освобождают от недостатков и

оберегают старость.

О приготовлении этого лекарства Гален, Розе и их последователи ничего не знали. Это действительно не похоже на изготовление пилюль, а швейцарские ослы не в силах его понять. Процесс этот почти небесный. Лекарство это очищает и возобновляет металлы, как я уже говорил в моём «архидоксе».

Имеющий уши — да услышит и исследует, говорит Теофраст истину или ложь, и проповедует ли он демонам, подобно тебе, безумный софист.

Приготовление материи камня

Возьми опилки электрума, приведи их в состояние семени, чтобы очистить алхимическим способом при помощи антимония.

Затем раствори в желудке страуса, рожденного в земле и усиленного едкостью орла . Когда электрум будет поглощен и станет прозрачным и похожим на амбру, не забудь привести его в летучее состояние. Потом добавь электрума (половину того количества, которое ты положил в распластанного орла); вынимай его часто из желудка страуса; таким образом, у тебя получится летучий электрум. Если желудок страуса утомится, нужно возобновить его силы. Когда он потеряет свою едкость, прибавь квинтэссенции винного камня, в таком количестве, чтобы красный слой достиг четырех пальцев толщины. Повторяй эту операцию до тех пор, пока он не станет белым. Затем перегони, и таким образом электрум достигнет белизны чистейшего орла и будет преобразован.

Таков способ приготовления нашего лекарства, которое поможет тебе во всех болезнях, где обыкновенное снадобье не помогает. В зависимости от цели, ради чего ты хочешь его употребить, можно превратить его в воду, масло или красную пыль. Истинно говорю тебе, лучшее основание медицины — электрум. Конечно, в других минералах тоже есть сильные арканы, но, помимо продолжительной работы для их извлечения, они часто приносят более вреда, чем пользы. Медик должен знать все это. Медики из школы Галена, опирающиеся не на опыт, а на собственное тупоумие, говорят, что электрум — яд. Признаю, что во время приготовления он, действительно, яд, но не доказано, чтобы он сохранял свои ядовитые свойства по изготовлении, ибо Природа всегда стремится к усовершенствованию, чего не хотят признать многие ослиные головы (а связанная с искусством, она тем тем более будет стремиться к усовершенствованию). Даже более того, я готов признать, что электрум остается ядом и по изготовлении, и даже более сильным ядом, чем ранее. Но исходя из того положения, что подобное стремится к подобному, яд этот соединится с болезнью не для того, чтобы позволить ей развиться и повредить, но чтобы овладеть своим «подобным», поглотить его всецело и очистить его, как мыло очищает ткань. Этот яд более действенен, чем тот жир, коим пользуются медики школы Галена. Аркан, заключённый в нашем лекарстве, содержит вещество, несравнимое ни с каким ядом и отличное от ртути, постоянно входящей в составь лекарств, настолько же, насколько небо отлично от земли. Вот почему это лекарство называется лекарством Божьего благословения и открыто не всем.

Я же не рожден для отдыха и лени. Я нашел это лекарство не в урине, не шляясь и бродяжничая, а благодаря упорному труду. Ты же черпаешь сведения из заклинательных книг нигромантии.

 Продолжение и завершение изготовления

После того, как ты умертвишь электрум, как было сказано, желая продолжать и дойти до конца, возьми этого умерщвленного и приведенного в летучее состояние электрума столько, сколько ты желаешь превратить. Положи его в философское яйцо, закупорь, чтобы ничто не могло испариться, и оставь яйцо в атаноре, пока электрум сам собой, без всякого добавления, не начнет растворяться (как остров посреди моря размельчается каждый день), пока не сделается черным. Этот черный цвет и есть птица, летающая ночью без крыльев, которой первая небесная роса дает своим действием восхождение и раздор — черный цвет головы ворона. Голова ворона сменяется хвостом павлина, потом перьями лебедя, и, наконец, появляется красный цвет, обличающий природу огня. Огонь этот изгоняет все болезни тела и оживляет охладевшие члены.

По мнению всех философов, приготовление это требует лишь сосуда, очага и огня.

Итак, это лекарство совершенное и почти небесное. Оно восстанавливает человеческое тело и очищает металлы. Никто не может постичь этот аркан без помощи Бога. Но знай, что электрум этот не будет иметь силы, пока трижды не обойдет по кругу семи сфер.

Цель в том, чтобы подойти к числу 21.

Когда ты умерщвляешь свой электрум и переводишь его в летучее состояние, ты должен пользоваться для его очищения арканом винного камня. Этот аркан исчезнет, но он поможет достичь желаемого числа. Таким образом, в философском яйце огонь сам собой превращается в философскую воду, которую философы называют вязкой водой.

Мне запрещено писать о некоторых вещах, касающихся этой тайны. Это искусство действительно, дар Божий. Да будет так!

 Использование Камня

Теперь мне нужно сказать, как следует употреблять это лекарство. Знай же, что его надо использовать в очень маленьких дозах в вине или другой подобной жидкости.

Мне остается пояснить причину неясности, на которую многие укажут в моих писаниях. Дело в том, что не следует метать бисер перед свиньями и привешивать длинного хвоста козе, коли Природа ей отказала в нем.

Бог открыл тайну многим людям. Я пишу для того, чтобы ее приняли.

Если ты последуешь моему рецепту тогда лекарство будет подобно воздуху, проникающему все и вся. Оно умертвит болезни и принесет здоровье.

Вот истинный источник чистой воды. С книгой этой всегда должны советоваться адепты науки. Да будет воздана слава Богу! Да будет так!

 Тинктура Философов

Я, Филипп Теофраст Бомбаст Парацельс, утверждаю, что Божьей милостью существует много путей к открытию способа приготовления тинктуры философов. Гермес Трисмегист египетский дошел до этого своим путем. Грек Орфей следовал тому же процессу. Араб Али с успехом применил другой прием. Немец Альберт Великий употребил более сложный способ.

Различными путями они достигли той же цели, обеспечив себя богатством и долголетием в этой долине скорби.

Я, Филипп Теофраст Бомбаст Парацельс, король арканов, получил от Бога некоторые дары, благодаря которым все желающие постичь «великое делание» должны подражать мне и следовать мной, будь они итальянцы или французы, поляки или немцы Ваше место за мной великие философы, астрономы и химики.

Я научу вас, алхимики и доктора почерпнувшие свою славу в моих великих указаниях, возрождать тела.

Я познакомлю вас с арканом, тинктурой, или квинтэссенцией, открывающей все тайны. Всякий может ошибиться и должен полагаться лишь на испытание огнем. В химии, как и в медицине, всегда следует ждать, когда огонь отделит правду от лжи. Свет Природы указывает нам то, что мы должны признавать. Лишь благодаря превосходнейшим указаниям Природы…

Я могу уверить вас, что все, кто до меня хотел изучить эту область, следуя своим вдохновениям, остались в дураках. Следуя же моим советам, люди облагородятся. Но, придерживаясь собственных тщеславных методов, и благородные опошляться.

Оставим в стороне варку, возгонку, дистилляцию, отражение, растворение, извлечение, сгущение, брожение, образование осадков; инструменты, стекла, реторты, изогнутые трубы, герметические сосуды, глиняные чаши, горны и отражательные печи; мрамор и уголь — и только тогда мы с пользой сможем отдаться алхимии и медицине.

  1. Ebriecatum: Mania

Phrenesis

Phantasmata

Imaginatio

Immutatio

  1. Inclinatio: In Carnem

in Animum

in Spiritum

in Doctrinam

in Mechanicam

in Habilitatem

  1. Impressio:Conceptio

Partus

Sanitas

Aegritudo

Mores

Actus

Sapientia

Prudentia

  1. Inanimatum: Nympharum

Gigantum

Lemurum

Gnomorum

Sylvestrum

Vulcani

Umbraginum

  1. Generatio:Aquarum Crescencia

Terrarum Crescencia

Ignis Crescencia

Aeris Tereniabin

  1. Meteorica:Pluviarum

Roris

Pruinae

Fulgures

Tonitrui

Nivis

Grandinis

Glaciei

  1. Aegrorum: Tempestatum

Ventorum

Alterationum

Innatae

Prophetiae

  1. Novalia: In Pennatis

in Brutis

in Piscibus

in Monstris

in Transversis

in Contrariis

Divinatio и его виды: знание о будущем — величайшая тайна на свете. Есть два способа узнать о будущем: первый из них — естест­венный, через предзнаменования и астрономи­ческие прогнозы, другой — сверхъестественный, через пророчества и предсказания. Дивина-иця есть род небесной астрономии, описываю­щий сверхъестественные способы прозревать будущее, и насчитывается таковых шесть: сны, видения, предположения, настроения, разду­мья и голоса.

Чтобы было тебе легче понять дивинацию, приведу я несколько примеров.

Как правило, дивинации являются человеку столь незаметно, что на них не обращают внима­ния. Вот Иосиф, к примеру, открыл, кто были Мария и дитя ее, во сне. И поскольку снам не придают достаточного значения, в откровения, в них содержащиеся, не верят, хотя они на деле есть дивинации. События будущего могут так­же открыться через видения в форме образов или картин. В видениях можно столкнуться со странными фигурами небесными или с духами. Все это виды дивинации, но все насмехаются над ними, поскольку никто не знает, из какого источника они являются.

Измышляя предположения, мы думаем, как все повернуться может, но если так и случает­ся, как мы предположили, и никаких других объяснений случившемуся нет, то предполо­жениям этим все равно не слишком доверяют. А еще будущие события могут проявиться в чьем-либо настроении, и в конце концов так и случится. Можно о разных вещах часто ду мать и размышлять, и это тоже сбудется. А еще можно сказать, будто что-то случится, и все так и выйдет. Но поскольку таким явлениям нет объяснения, они всеми презираемы. А еще часто они происходят через посредство людей простых и скромных и оттого опять же пре­зираемы.

Таким образом, дивинация — это деяние небес, являемое нам шестью перечисленными способами, и о нем должно помнить и нельзя презирать его. Ибо мудрец эти способы не пре­зирает, но относится к ним мудро.

Augurium и его виды: природа этого рода астрономии также сверхъестественная, и он также дело имеет с предвосхищением будущих событий. Авгурии бывают шести видов, и, хо­тя кажутся они нелепыми, мудрецу не следует презирать их, но помнить, что Христос, явив­шись людям, также видом был прост и скро­мен, и люди насмехались над ним. И кто ура­зумел, что вещи неприметные презираемы быть не должны, но судить о них должно му­дро, тот постигнет и то, как познать Христа.

У насмешников понимания нет, а мудрые об­ретут его и поймут, что Господь дарует им.

Высочайший движитель ниспосылает нам авгурии через особые знаки, например, через птиц, а мудрец умеет отличать среди них те, что касаются людей. Чума, война и смерто­убийства часто таким образом предсказывае­мы бывают. Животные тоже могут почувство­вать что-то необычное, и для человека это будет предзнаменованием. Можно увидеть авгурии и в поведении рыб в воде, а также в червях, деревянных фигурах и камнях. А еще птицы, звери, рыбы, черви и даже люди ино­гда рождают на свет уродов, и это предзнаме­нование будущих бедствий для человека.

Ebriecatum и его виды: этот род астроно­мии занимается случаями, когда человек свой обычный разум теряет, а приобретает чуждый. Ибо бывает разум двух видов: человеческий и чуждый. Господь дает человеку разум челове­ческий, дабы жил человек правильно и все ок­ружающее осознавал, соразмерял и понимал. А с чуждым разумом не может человек понимать все правильно, но летает туда-сюда, как тростинка на зыби водной. Чуждый разум — это дух непостоянства, все он перемешивает и смущает. И вот тебе пример различия между двумя этими разновидностями разума. Может человек жить безупречно, в полном с челове­ческим своим разумом согласии, но выпьет он вина и станет пьяным, и тогда человеческого разума в нем поубавится, а чуждого — присо­вокупится. Пьяный не поступает разумно, но безумен он, невразумителен, своенравен и груб. Так вот, в этом роде астрономии пять ви­дов, которые являют собой способы войти че­ловеку в состояние чуждого разума, как при опьянении. Ибо есть в небесах такие вина, что, кто их выпьет, разум обретает чуждый, бе­зумный и непостижимый.

\) Первый вид зовется ebriecata mania, или inebriata mania, и в этом состоянии люди чи­тают разные слова и понимают их необычно. Есть еще inebriata phrenesis, и в таком состоя­нии хочет человек со всеми на мечах сражать­ся. A inebriata phantasmata — это такой чуж-

дый разум, у которого свои есть обычаи и по­ступки. Есть также вид, именуемый imaginatio inebriata, когда человеку кажется, будто стены разговаривают, кровати кружатся, сам он себя не узнает. Пятый вид — это immutatio, и это когда идеи все и представления местами поменялись, а враги и друзья перемешались. И тогда сто человек могут собраться вместе, и все они будут думать по-разному, и идеи у каж­дого будут свои.

Inclinatio и его виды: предрасположение, четвертый род астрономии, имеет дело с тем, как звезды управляют человеком и влияют на него. Предпринимает что-либо звезда и хочет, чтобы человек об этом узнал. Но поскольку никто в непосредственной связи со звездами не состоит, звезда должна выбрать себе чело­века, как будто бы своего приемного сына.

Предрасположение такое получается шес­тью различными путями. Может оно произой­ти через тело и сделать человека людям особенно приятным и будет он всеми одобряем, а может и наоборот, сделать его для людей особенно зловредным. Соломон, к примеру, был таким приемным сыном в отношении его личности. Может предрасположение осуществиться че­рез настроение, и тогда человек превзойдет всех воодушевлением. Юлий Цезарь был та­ким приемным сыном в том, что касалось на­строения.

А бывают также предрасположения, пре­возносящие дух, и человек тогда превосходит прочих в удачливости. Подобным приемным сыном был император Фридрих Барбаросса. Могут еще звезды являть через человека учение. Такими приемными сыновьями были Альберт Великий, Аактанций и Уиклиф. Звезды также способны предрасположить к некоему искус­ству или дать особый талант к ведению дел. Такими приемными сыновьями были Альбер-тус Дюрер из Нюрнберга и Фуггер из Ауг-сбурга. А шестой вид звезд дарует некую спо­собность, в которой человек всех прочих превосходит. И приемные сыновья такого рода становятся, к примеру, канатоходцами.

Так четвертый род небесной астрономии и его виды соотносятся с влиянием небесных движе­ний на тех людей, кто звездам будто бы при­емными сыновьями становятся. И это зовется предрасположением, или inclinatio.

Impressio и его виды: восприятие явлено нам звездами и действует оно в одном лишь элементальном теле, а с астральным телом ни­чего общего не имеет. Подобно тому, как тело и цвет его всегда вместе, так и восприятие, и эле-ментальное тело разделены быть не могут. Начинается восприятие при зачатии, а затем воплощается и изменяется вместе с телом. И как цвет тела меняется с течением времени, а чер­ные, рыжие или светлые волосы становятся седыми, так и восприятие человеческое с воз­растом меняется и трансформируется.

Восприятия человеческого тела есть spiraculum vitae, или дыхание жизни. Это дыхание жизни включает в себя два восприятия: Бога, что дарует человеку жизнь, и внутреннюю сущность самой жизни. Но есть и еще один вдохновитель, воздействующий на эти два вос­приятия. И восприятие — не что иное, как веч­ное вдохновение, полученное при зачатии и рож­дении, и от этого восприятия следуют и здоровье, и болезни, и хорошие манеры, и по­ступки, и труды, и мудрость, и мышление.

Generatio и его виды: этот род состоит из четырех видов, соответствующих четырем элементам. Порождение есть послание, сооб­щаемое звездами человеку. Солнце дарит сти­хиям тепло, без него были бы все они мертвы. Солнце вдыхает в стихии жизнь. Элементы — это чрево, а небеса — родители; и дают они рождение всему, что порождаемо стихиями, и Солнце — это дыхание жизни.

Порождение означает, что элементы сами по себе, без звезд, ничего не могут, ибо элемен­ты — это форма, Вулкан — это Солнце, а При­рода — производитель. И семя лежит в форме, а не в творце, подобно тому, как яйцо лежит в курице, а не в петухе. Но чтобы цыпленок вылупился из яйца, нужен петух. Так, формы

содержат в себе семя, а действующая сила из звезд исходит.

Касательно порождения должно тебе знать, что все минералы, соли, металлы, самоцветы, камни и скалы порождаемы стихией Воды; Вода — их мать, и Солнце производит их из воды. Солнце также приготовляет и произво­дит плоды из стихии Огня, и это все метеори­ческие порождения: дождь, снег, ветер, гром и град. Все плоды стихии Земли: лес, травы ле­карственные и обыкновенные, губки, цветы и прочее — все это производимо Солнцем и пи­таемо звездами и землею, каждое соответствен­ным образом. То же верно и по отношению к плодам воздуха, таким как манна.

Inanimatum и его виды: этот род астроно­мии уразуметь труднее прочих. Inanimatum — это человек, у которого нет души, и бывают такие люди шести видов: нимфы, водяные су­щества; гиганты; лемуры, горные существа; гно­мы, воздушные существа; вулканы, огненные существа; и пигмеи. И как люди рождаются на свет с душою, так есть и те, души у которых нет, по одному на каждый элемент, и еще двое, а именно гиганты и пигмеи. И подобно тому, как передвигаемся мы по земле, а не в земле, и по воде, а не в воде, и через огонь, а не в огне, и через воздух, а не в воздухе, так есть и люди, произведенные на свет элементами, и живут они в стихиях, а не ими и не через них, как феникс живет в огне, а крот — в земле. И рождены эти существа от семени небесного и элемен-тального, и не созданы они из limus terrae. Со­творены они не были, а появились на свет са­мопроизвольно, как мухи из конского навоза.

Meteorica и ее виды: у этого рода астроно­мии много разных видов. И в действительно­сти это метеорика разумная, а не малая метеорика. Дабы уразуметь тебе разницу между этими двумя разновидностями метеорики, должно тебе узнать, что малая метеори­ка имеет отношение к роду астрономии, изве­стному как порождение, в то время как проявления разумной метеорики исходят из возвышенного, подобного Олимпу дождя в фор­ме тумана, и сущность их скорее духовная, не­жели физическая. Они также вызывают гром и молнию, которые однако не ударяют в зем­лю, но вызывают падение капель и камней. Разумная метеорика порождает кровь, метал­лы, драконов, сияния, видения, миражи, фигу­ры и тому подобное.

Aegrorum и его виды: небеса действуют по-разному. Если дерево срубят в неблагоприят­ное для этого время, небеса возобладают над этим деревом, и все стороны небесные и их со­единения будут видны в этом дереве, как де­тали видны в часах. Подобным же образом кусок глины, выкопанной из земли под опре­деленным созвездием, способен породить сверчков, обладающих связью с этим созвез­дием, ибо будут они изменяться вместе с Лу­ной. И если человек заболеет под воздействием небесной силы, то астролог может предска­зать ее проявление. И сможет он сказать боль­ше, чем сверчки в глине, личинки в сыре, чер ви в древесине и те люди, что стали пророками благодаря своим болезням.

Такие виды предсказаний касаются пого­ды: холодная она или теплая, легкая или тяже­лая, долгая или короткая; и когда Луна моло­да или стара и тому подобных вещей. Природа позволяет нам постичь вещи через стихийные тела в небесах. Так можно узнать будущее вет­ров, и изменения климата. Это девятый род астральных наук.

Novalia и ее виды: по велению Господню одно порождает другое, и нравится Господу то, что все творенья хороши. Но может слу­читься так, что порядок этот нарушится, и по­лучаются тогда уроды, но это единственные ошибки, какие бывают у Природы. И извест­но, что астральная природа может вызвать по­добное.

Например, сотне человек можно дать зада­ние, чтоб каждый нарисовал картину. И ни одна не будет подобна другой, однако лишь у того, кто хорошо умеет рисовать, картина получится хорошей, а остальные девяносто девять ниче­го хорошего сделать не смогут.

Подобным образом Природа упражняется в создании людей и других живых существ, и, поскольку чрезвычайно много всяких сил участ­вуют в создании человека, возможно, какая-ли­бо из них подойдет к делу со своим образцом и все испортит. Это как на большом совете, где много народу и каждый хочет, чтобы все его послушали, и конечное решение будет тогда глупым и дурацким.

Так нужно понимать и природу, и свойства звезд, что не действуют они согласно, но мо­гут произвести результат смешанный. И может это случиться и с телом человека, и с умом его, но и не только с людьми, а и с птицами, и со зверями, и с рыбами, и с деревьями, и с прочими растениями вопреки их природе. Натуралисту следует остерегаться этих чудовищных форм, ибо такие же чудовищные силы в них, как в бе­зумцах, омеле или в плесени.

И где встречаются такие чудовищные тела в Природе, там следует искать и чудовищные лекарства. Но не следует употреблять их к тем, у кого тело нормальное, ибо тем, чье тело несо­вершенно, только и дают несовершенные ле­карства.

Это есть десятый род астральной науки, и касается он небесных влияний, которые под­вергают элементальные тела трансфигурации и придают им формы извращенные и своеоб­разные.

Практикующий эти неопределенные искусства должен уметь выбирать подходящий момент.

А вот в чем заключаются эти указанные нами виды: геомант имеет дело с мелом, играль­ными костями, пожеланиями и вопросами; пиромант созерцает огонь; в воде предзна­менования читаются по волнам, пене и пузы­рям; а в воздухе видеть можно по направ­лению ветра и по тому, дует прямо он или вихреобразно.

Объяснение Medicina Adepta: бывает она двух видов.

Медицина Искусная— это медицина, происхождение которой — на небесах. Есть две разновидности у медицины и две разно­видности есть у болезней: бывают они небес­ные и стихийные. Кто познает небесные забо­левания и их лечение — тот может практиковать Медицину Искусную.

В этом роде астрономии выделяется два вида: звездная физика и звездная хирургия. Физика эта допускает, что нет ничего, что не могло бы заболеть, и что звезды тоже больны бывают. И поскольку звезды нас питают, мы становимся как они.

Звездную хирургию следует понимать по­добным же образом. Ибо звезды могут ранить так же, как это делают мечом, но не режут, как обычный меч, но отверзают тело сообраз­но своему небесному клинку.

Такие болезни и лечатся соответственным способом, ибо элементальная медицина здесь совершенно бессильна. Лекарства здесь про­исходят от звезд, так же как обычные лекар­ства происходят от земли, но есть между ними различие. Элементальная медицина и дейст­вие ее телесны и осязаемы; а небесная медици­на бестелесна, независима, отдельна и чиста и не нуждается она в алхимии для того, чтоб отделить чистое от нечистого, либо же экстра-гировать квинтэссенцию из четырех элементов. Дли этой медицины не нужны ни снадобья, ни ингредиенты, но воздействует она на пациента прямо и непосредственно.

Тот, кто то постигнет болезни небесного происхождения и научится излечивать их небесною медициной, — зовется medicus adeptus.

Эта медицина разумная и всей медицинской науки половину составляет. Ибо небеса соеди­няются с телом таким образом, что заражение может перемещаться из невидимого царства в царство видимое, однако видимое на неви­димое влияния никакого не имеет.

Объяснение Philosophia Adepta: бывает она двух видов.

Все на земле имеют небесные качества в до­полнение к тем, которые получаемы от стихий. Философ Искусный способен различать в зем­ных предметах их небесные качества. Подоб­но тому как обычный философ описывает есте­ственные качества растений, так Философ Искусный описывает небесные. И нельзя их понять с помощью алхимии, ибо действенна она только в том, что касается стихий. Потому как все, что алхимиком расщепляется, сразу свои небесные свойства теряет. И дабы свойство

небесное сохранило свою действенность, ника­кого расщепления производить нельзя.

Следует также знать тебе, что Философ Искусный должен быть осведомлен об осо­бенном искусстве композиции. И подобно тому как смешиваются друг с другом всевозможные разновидности земных веществ, так можно смешивать и сидерические арканы. Могут они смешиваться небесным образом, как если бы существовали они сотворенные материально.

Заметь, что при помощи этих небесных ка­честв можно изготовить нож или меч, способ­ный рассечь наковальню надвое и резать любой \/ металл так, как будто это воск. Такое искусство именуется gladialis, или incusiva. И как эле-ментальным искусством можно заставить меч резать дерево, так астральным искусством можно заставить его резать железо.

Узнай также, что, подобно тому как в Природе бывают обыкновенные ключи, которыми замки открывают, у Философов Искусных бывают ключи невидимые. Ибо то, чего стихии достигают через телесное, звезды добиваются самой своей сущностью. И в этом заключается philosophia autoritatis, а также philosophia portiva, и занимаются они переносом сущностей в элементальное тело.

Как смог ты убедиться, раны могут исце­ляться естественным путем при помощи эле-ментальной медицины, и следует тебе также знать, что лечение может осуществляться аст­рально, и всякая болезнь может быть излечена каждым из этих способов. Именно так следует понимать небесные науки vulnerari и sanaria.

Заметь также, что Philosophia Adepta — нечто большее, нежели доктрина и наука. По­нимать это надлежит следующим образом: по­добно тому, как ученик учится у своего учителя, так и человек должен научаться Философии Искусной у небесных своих наставников. Учение это составляет вид, именуемый doctrinata, а на­ука — это вид, известный как scientena. И все, чему один человек у другого способен научиться, от звезд возможно познать основательней, большего при этом понимания добиться. Так следует понимать вид, который зовется sapi

entena. Возможно еще открывать новые науки, и получаются они также от звезд, и этот вид называется inventuata. И должно этих открытий искать, где бы они ни были, и все новые и новые совершать, и это — верный путь к совершенству человека во свете Природном.

Объяснение Mathematica Adepta: бывает она восьми видов.

Восемь вышеописанных родов астрономии невозможны без инструментов; а математика есть искусство, которое учит, как изготавливать такие инструменты. Так, есть соответствующая математика для магии, нигромантии, нектро-мантии, астрологии, чтения знаков, неопреде­ленных искусств, медицины искусной и фило­софии искусной.

Прежде всего, есть три вида, необходимых для подготовки инструментов. Первый из них — это геометрия, и состоит она из частей: гео­метрии, занимающейся измерением земли и от-сюда инструменты производящей; геометрии небес занимающейся имитацией небес в других телах, подобно тому, как художник имитирует живые цвета. Геометрия учит всему, что плоско, гладко, пусто, близко или далеко.

Подобна ей космография, которая бывает двух видов,— небесная и элементальная, и с ее помощью можно установить, что есть и какое оно. Так, если видим мы растение или птицу, то знаем мы, что они есть и каковы они. Знать также должно космографию стихий и звезд. А еще есть космография concordiae, и учит она, как виды космографии к гармонии привести, каждое растение — к своей звезде, а каждую звезду — к своему растению. А есть также еще и космография peregrina, которая учит, как рас­познавать мобилии. Вот как следует понимать космографическую математику.

Существует еще математика алгоритмов, которая не только учит, как вычислять формы, тела и фигуры, но и тому, как искусство арифме­тики со всеми его особенностями, числом, линией и мерой может использоваться в различных геометриях и космографиях. А также тому, что математика circuit, во всех ее видах, от круга происходит. И знай также, что универсальная

математика — первоначало остальных восьми родов астрономии, и чем лучше ее уразуме­ешь, тем действенней будут остальные.

Уясни теперь, что девять родов астрономии и их виды разъяснены достаточно и что эти де­вять родов, девять искусств, девять наук практикуются вне царства стихий, но образом столь же естественным, что и в искусстве эле-ментальном. И подобно тому, как мастер свое дело делает телесно, так же разные вещи могут происходить и духовным образом. И как можно говорить о том, что кузнечное и другие ремесла осуществляемы и представимы естественно, так же можно сказать и о том, что разновид­ности астрономии тоже практикуемы естест-венным образом..

И как можно человека назвать природным телом, так существуют и природные духи. И что бы ни было содеяно во плоти и крови, будет это естественно, а все, что дух совершит,— также будет естественно. И всякое творенье выполняет ту задачу, ради которой было оно создано. И бывает деяние во плоти и крови, а бывает и другое — в духе. И что плоть и кровь совершат — то естественно, и что дух совер­шит — то тоже естественно, и что стихии совер­шат — естественно, и что звезды совершат — тоже естественно. Стихии ведут себя так, как должно стихиям, а небеса — так, как небесам. И всякий, кто учен и опытен в том, что каса­ется стихий, — может философствовать эле-ментально. А кто учен и опытен в том, что ка­сается небес,— тот может философствовать по-небесному.

И все эти девять родов астрономии явля­ются искусствами, а значит практиковаться они могут одними лишь людьми. И потому есть человеческое искусство магии, человечес­кое искусство нигромантии и остальные. А те­перь заметь, что существуют и еще десять родов астрономии, которые не есть человеческие ис­кусства, но эфирные. И это потому, что небеса сами являют собой астронома и способны практиковать их без помощи человека. И чело­век — свидетель того, на что небеса способны сами по себе.

Каковы эти десять родов и их виды, можно без труда уяснить из особой фигуры, здесь приведенной. Так три предыдущие фигуры предназначались для уразумения способностей человека, а следующая ниже — для уразумения способностей небес.

Фигура четвертая Figura Scientiarum Astronomiae

  1. Divinatio: Somnus

Phantasia Speculatio

Animus

Sensus Vox

  1. Augurium: Volatilium

Quadrupedum

Aquaticorum

Vermium

Figurarum

Monstrorum

Physionomia Menti

Physionomia Colli

Physionomia Buccarum

Physionomia Frontis

Physionomia Oculi

III

Substantina Capitis

Substantina Colli

Substantina Pectoris

Substantina Ventris

Substantina Pudicitae

Substantina Dorsi

Substantina functurarum

Substantina Cannarum

IV

Moos и Usus Contraria Moos и Usus Liberalitas

Moos и Usus Tristitia

Moos и Usus Gaudium

Moos и Usus Phantasia

Moos и Usus Vires

Moos и Usus Animus

Moos и Usus Cor Moos и Usus Jngenium

Artes incertae

I

Geomantia

Cretina

Arramentina

Taxillata

Sortina

Aries Casu

 

II

Pyromantia Flaminis

Pyromantia Noctilucis

Pyromantia Zundena

Pyromantia Lucis

Pyromantia Carbonum

Pyromantia Stellarum

III

Hydromantia Lotialis

Hydromantia Undae

Hydromantia Pluviarum Hydromantia Nubeculae

Hydromantia Fluminis Hydromantia Rons

Hydromantia Nebulae

IV

Haomantia Borealis

Haomantia Australis

Haomantia Zephyria

Haomantia Eurona

Haomantia Fulgurina

Haomantia Tonitruata

Haomantia Tempestatum

Haomantia Flata

Medicina Adepta

I

Morborum Coelestium cognitio

Physica Coelestis

Chirurgia Coelestis

Chirurgia Pestifera

Chirurgia Chronca Inulatia vel Immutatio

II

Morborum

Coelestium coelestis cura Herbata

Nata

Geminina

Incorporata lignea

Metallina constellata

Philosophia Adepta

I

Coelestium virium in Elementis

и Elementatis cognitio

Gladialis

Autoritatis

Portiva

Incusina

II

Coelestium virium in Elementis

и Elementatis Sdentia componendi

Vulneraria

Sanaria

Doctrinata

Sdentena

Saprientina

Inventuata

 

Mathematica Adepta

 I

Geometria

Terrena Spaerae

Plana Indirecta Concava

Spadi

II

Cosmographia Infera Supera

Concordiae Peregrina

III

Allgoritmus

Tabularum

Olympi

Globuli

Fructuum

IV

Instrumentorum praeparatio

 Stellarum diversarum

Terrarum universalium

V

Numerus

VI

Linea

 

VII Mensura

VIII Circulus

Если хочет кто достичь в астрономии совершенства, то должен тот понять эти виды и на­учиться распознавать их. А объяснение родов астрономии и составляющих их видов следует далее.

Объяснение magia и ее видов: магия быва­ет шести видов. Начинается она с объяснения неприродных знаков и того, как можно рас­познать их сверхъестественным путем в небе­сах, а также путем естественным, как в случае со звездою Вифлеемскою. Звезда эта светила среди всех прочих звезд, когда Христос явился на земле человеком среди людей. Звезды рас­познаваемы одними лишь магами, подобно тому как и Христа узнали лишь особенные люди. Так, маги — это толкователи сверхъестест­венных знаков в небесах, а апостолы служили толкователями слов Христовых. А также ма­ги являются толкователями пророчеств и апокалиптического откровения. Эти виды магичес­кого искусства зовутся magica insignis.

Есть еще вид магии, известный еще во времена Моисеевы, и занимается он трансформа­цией одного тела в другое. Действие его подобно тому, как Христос осуществил трансфигурацию и воссиял, как солнце. Именно так следует пони­мать этот вид магии, и зовется он magica Transfigurativa.

Третий вид магии учит тому, как получить слова, способные призывать силы небес. Вот пример: эта магия с помощью слов способна делать все, что умеет врач, излечивающий боль­ных с помощью лекарств. Этот вид зовется characteralis.

Четвертый вид учит тому, как создавать ка­меи и самоцветы, способные делать все, что мож­но совершить естественным путем. Например, ключом открывают замок, мечом наносят раны, латы защищают от ударов и стрел; а четвертый вид магии может невидимо совершать то, что в Природе делается видимым образом. Этот вид зовется gamaheos.

Пятый вид учит создавать картины, способ­ные вызывать то, что изображено на них. И все, что можно сделать естественным путем, осуще­ствимо и с помощью магии: и, подобно тому, как Природа способна вызвать сильную боль, паралич, слепоту или бессилие, а может и вер­нуть человеку здоровье, так же и магия всего этого может добиться. А зовется такая магия altera in alteram.

С помощью магии можно также услышать голос с того берега Океана; и тот, кто на Западе, может магическим путем поговорить с тем, кто на Востоке. И если Природа позволяет нам слышать голос с расстояния в тысячу шагов, то магия дает нам возможность услышать его с расстояния в сто немецких миль. И подобно тому, как Природа позволяет гонцу или иному всаднику проехать некоторый путь за месяц, эта разновидность магии сделает так, чтоб он преодолел его за день. А для чего Природа по­требует потратить целый год — магия то сделает за месяц. И зовется этот вид — ars cabalistica.

Вот такие шесть видов у магического искусства.

Объяснение nigromantia и ее видов: нигро-мантия бывает пяти видов.

Во-первых, после смерти человека на земле остаются два смертных духа: элементальный и сидерический. Всякий, кто уразумеет их, а также постигнет их свойства, природу и поведение — овладел первым видом нигромантии, имя кото­рому cognito mortalem.

А кто сумеет этих духов подчинить, — тот овладел вторым видом нигромантии. Распоря­жаться ими, будто они слуги, возможно, и такая нигромантия именуется tortura noctis.

Третий вид имеет дело с духами, что рож­дены на небесах и парят в хаосе, пока не умрут и не возродятся снова.

А кто научится использовать этих духов, подобно тому как врач пользуется травами, тот овладел третьим видом нигромантии, название которому — meteorica vivens.

А если человек способен нанести другому рану, не разверзая его плоти, или умеет вытащить рыбу из воды, не пронзив водной поверхности или не прикоснувшись к воде, положить в нее что-либо, то это значит, что овладел он чет­вертым видом нигромантии. И может он извлечь из тела что-либо, а может и что-то вложить в него. А называется этот вид clausura nigromantica.

Тот же, кто знает, как сделать видимое тело невидимым и скрыть его от взоров, подобно то­му как скрывает человека ночная тьма,— тот овладел пятым видом нигромантии, который зовется obcaecatio nigromantica.

Объяснение nectromantia и ее видов: нект-романтия бывает четырнадцати видов.

Первый из них зовется visiones, и понять его поможет следующий пример: у хозяина есть слуга, которому поверяет он все свои тайны. Так вот, если кто пожелает эти тайны раскрыть, а хозяин о них сказать не захочет, то нужно узнать их от слуги. Подобным образом надобно понимать и нектромантию — как искусство выведывать тайны людские. Может человеку казаться, будто он сам по себе, однако во всех наших словах и делах присутствует нечто, чего

увидеть нельзя. И посвящено оно во все тай­ны человека и зовется оно flagaКто сумеет покорить его и сделать послушным своей воле, как слуга бывает послушен своему господину, тот овладел нектромантией.

И хотя много у нектромантии видов, все они делятся на две группы. Те, что в первую входят, занимаются тем, как сделать flaga види­мым, а те, что ко второй относятся, — тем, как заставить их невидимо выполнять волю нектроманта. И это есть искусство выведьшать тайны людей, насколько это возможно делать, не проникая в их сердца. Вот пример тому: все, что бы один человек ни поверил другому в виде тайны, и все, что бы он ни совершил те­лесно,— станет явным. И сие следует из того, что всему, что говорится или совершается, flaga является свидетелем, и нектромант его понять способен.

А далее последует объяснение того, как по­нять flaga. Можно его подстрекнуть или при­нудить открыть тайну таким же образом, как мы бы это сделали с посвященным в чьи-либо тайны. Подчинить себе flaga и сделать его ви­димым можно с помощью зеркала, стекла и уг-ля. Также это можно сделать незаметно, указав пальцем. Так можно разыскать спрятанные сокровища; так можно обнаружить то, что кем-то было скрыто; так можно вернуть поте­рянное. И кто сумеет подчинить flaga своей воле, дабы открыть чьи-либо тайны или найти нечто, кем-либо спрятанное,— тот может прак­тиковать нектромантию, а сам он —хороший нектромант.

Всего, чего нельзя достичь миром, можно добиться силою. А потому нектромантия — это искусство поступать и ласково, и грубо. Ибо как простой человек подчиняется импе­ратору и его мечу, так и flaga можно заставить проявиться с помощью зеркал, стекол, угля и ногтей; также можно принудить их давать ука­зания, используя волшебную палочку, свинец, камень и прочее. А еще можно открывать тайны, гася свечи.

Объяснение astrologia и ее видов: астро­логия бывает тринадцати видов.

Уразуметь, что есть астрология и кто такой астролог, можно из следующего примера. По­добно тому, как все мы понимаем, что люди хо­дят но земле, кто туда, кто сюда, кто ровно, а кто прихрамывая, таким же образом некто может понять движение звезд; и этот некто — аст­ролог.

Однако астрологу нужно знать еще одну вещь — цель этого движения, подобно тому как посылающий гонца с каким-либо поруче­нием точно знает, в чем это поручение заклю­чается. И как мы понимаем, какую вещь изго­товит некий мастер, так астролог должен знать, что и какая звезда предполагает совер­шить. И тот, кто понимает это, — тот лучше овладел астрологией, нежели тот, кто знает лишь только, как звезды в небе передвигаются.

Также полезно знать, на что звезды спо­собны, а чего они сделать не могут. Ибо мно­го вещей человек начинает, но до конца дове­сти не может. Следует понимать, что звезды в небесах также, подобно людям, оставляют многие свои дела без завершения. Ибо и звезды, и люди подобные друг другу способности имеют. И кто знает о делах людей, тот знает и об их намерениях и о том, что может быть совершено, а чего до конца довести нельзя. Достоинство астрологии — в подобном же знании, ибо пони­мает астролог summum motoremвысочай­ший, движитель — и знает, что вся природа находится в руках его. Он также знает, что не мо­жет изменять небеса, как это делает высочай­ший движитель. И следует астрологу знать природу и сущность звезд, их характер и свой­ства подобно тому, как врачу надлежит знать природу пациента, и соответствия звезд друг другу, а также отношения их с людьми, живот­ными, четырьмя стихиями и всем, что из сти­хий происходит и произрастает. Тот, кто во всем этом сведущ,— имеет основания говорить об астрологии.

Надлежит тебе знать также, что астролог должен уметь найти в небесах свой путь при помощи естественного разума, равно как фи­лософ или врач решают, как им поступать при помощи вещей этого мира, от стихий происхо-

дящих. Однако не следует астрологу переоце-нивать свое искусство и доверять ему более, чем приличествует узнику в темнице. Ибо узник также обладает всеми человеческими качест-вами однако не имеет возможности проявить их, и не может он делать все, чего захочет. Так же и с небесами: они находятся и порабощены высочайшим движителем, а его намерения оста­ются астрологу неведомы.

Хотя астрология и является родом астро­номии, высочайший движитель может ее ис­кусству препятствовать, способствовать или же изменять его. Но тот, кто знает и понима­ет естественные свойства звезд, коих рука вы­сочайшего движителя не коснулась, — есть астролог и может практиковать астрологию.

Объяснение signatum и его видов: сигнатум (чтение знаков) бывает четырех видов. Нет на свете ничего, что Природою не было бы обо­значено так, чтобы человек этот знак не прочи­тал и не уразумел бы его сущность. Например, звезды движутся в небе и этими своими движе­ниями известны; подобное и для человека справедливо, за исключением лишь одного того, что у звезд есть неподвижные траектории, по кото­рым их передвижение проследить можно. И как движение звезд, так и пути людей всегда быва­ют некоего определенного рода. Убедись сам: каждому растению придана форма, соответст­вующая его внутренней природе. И так же, как по внешнему виду можем мы судить о том, что это за растение, так и о человеке можем мы судить по ряду знаков. И не идет здесь речь об имени, половой принадлежности или иных подобных характеристиках, но о свойствах, внутренне человеку присущих.

Искусство чтения знаков учит нас истин­ным именам всех вещей, соответственным присущей им природе. Волка нельзя называть овцой, а голубя не следует именовать лисицей; и всякое творенье должно называться именем, подходящим ему по сути.

При помощи четырех видов signatum Природа являет нам все свои тайны, в человеке за­ложенные. И поскольку нет ничего скрытого или тайного, что не могло бы стать явным, все

 

дело заключается в том, чтобы найти вещи, с по­мощью которых это тайное проявится. И сле­дует отсюда, что хиромантии признаки таких тайн известны, и потому понимает она, каким образом природа человеческая сообразна бывает линиям и жилкам. Можно знаки и на ли­це человеческом читать, ибо также лицо форму свою получает в соответствии с разумом и ду­шою. То же справедливо и в отношении про­порций человеческого тела. Таким образом ас­трономия этого рода всякую душу описать может. Ибо ваятель мироздания столь искусен, что не душу приспособил Он к телу, но тело к ду­ше; а потому форма, приданная человеку, со­ответствует обычаям его сердца.

Природа — словно художник, который, за­вершив картину, должен ее подписать, ибо кар­тина сама по себе никак не обозначена и подобна тени бессильной. И недостает живым твореньям могущества их Творца. И чем более искусен художник, тем важнее для него владеть искус­ством обозначения. Основы этого искусства’ заключены в трех его видах. А четвертый касается привычек и поведения человека, и, кто познает его, — тот превосходнейший среди знатоков signatum.

Объяснение artes incertae: их бывает четыре.

Эти искусства практикуются давно, и при­шли они к нам от древних. Они сродни магии и всячески почитаемы, и, чем древнее искусство, тем большего почтения оно заслуживает. Хотя искусство запятнать нельзя, человека и душу его — можно, и от самого человека здесь многое зависит. Я называю их artes incertaeискусст­вами неопределенными, хотя в древние времена были все они определены.

Эти искусства являют собой шестой род ас­трономии и дело имеют с великими и удиви­тельными тайнами, уяснить которые можно быстрее, нежели те, которые относятся к дру­гим родам.

Основы их перемешаны, будто жребии. Звезды и стихии способны воздействие свое оказывать через посредство человеческих рук и ног таким образом, что всякий человек ока­зывается пророком света природного. Одни

пророчества устами произносятся, иные пере­даются жестами, иные — знаками, а прочие — Картинами, фигурами и всяческими другими способами. Поскольку человек обладает такой спообностью к прорицанию, он может овладеть этими неопределенными искусствами.

Хотя геомантия имя свое от земли получила, гидромантия — от воды, а хаомантия — от воздуха, основа каждой из них не в этих указанных стихиях, но во внутренней способ­ности человека к предсказанию. И подобно тому, как Господь волю свою являл через многих людей, и великих, и простых, когда Сын Его странствовал по земле как обыкновенный чело­век и обычных же людей выбрал своими апосто­лами, и простые люди становились тогда проро­ками, и великие чудеса случались через подобную простоту, точно таким же образом люди могут пророчествовать, овладев искус­ствами геомантии, пиромантии, гидромантии и хаомантии. И зависит такая возможность от того, обладает ли человек прорицательскими способностями.

Сколько есть разновидностей астрономии, каковы их движение и порядок, и как их вместе с их родами распознать можно, и как эти роды подразделяются на виды

Поскольку пытаюсь я описать влияния, соответствия и преимущества внешнего по отношению к человеку, полезно будет разделить их на фигуры. Очень важно понимать различия между этими четырьмя фигурами и то, как одна от другой происходит; и здесь бу­дет дано тебе простейшее и яснейшее объясне­ние всех следующих проявлений. И дана будет фигура, которая покажет, что астрономия состоит из родов. И фигура, которая описывает cоставляющие каждый род виды, давая отдельное  объяснение влияниям, родам их и видам,дабы философия была правильно понята и изу­чена самым основательным образом.

Фигура первая. Есть четыре категории в ас-трономии, и ни одна на другую не похожа. Но поскольку их действие подобно, все они спра­ведливо именуются влияниями. Из фигуры видно, как эти четыре влияния объединяются, соответствуют, впечатляют и воздействуют на человека, каждое сообразно своей природе и свойству.

Вот четыре категории астрономии:

Natural

Supera

Olympi Novi

Inf,erorum

 

Естественная астрономия

Эта астрономия является с небес и создана Богом-Отцом; это наука предназначена и дана микрокосму, сотворенному из limus terrae.

Supera

Эта астрономия имеет место на небесах и да­на всем, кто восстанет вновь из мертвых. Ее исток во Христе, Им она осуществляется, пользуется и управляется.

Olympi Novi

Эта астрономия имеет свое происхождение в вере: всего, чего небеса природные ни содеяли бы, эта астрономия достигает верою; и дана она верующим и ими же практикуема и прояв­ляема.

Inferorum

Эта астрономия происходит от небес природных, однако используется одними лишь демоническими духами, ибо они — природные астрономы, способные разновидности этой астрономии проявлять сами собою и через людей самым ловким образом.

Фигура вторая показывает, что астрономия бывает четырех разновидностей, и каждая обла­дает своим порядком и устройством, и ни одна из них на другую не похожа, но все они в ко­нечном итоге одним путем следуют. Далее, есть в астрономии девять родов, которые могут слу­жить для человека науками. Также в астрономии есть четыре науки, а каждая из них состоит из девяти частей; и хотя части эти сходны друг с другом в разных науках, используются они в каждом случае по-разному.

Четыре разновидности астрономии подраз­деляется на девять родов, и каждый из этих видов используется соответственным образом. Вот составные части четырех разновидностей астрономии, и ни больше их не может быть, ни меньше, и через них все разновидности астроно­мии практикуются:

 

Magia
  Nigromantia
  Nectromantia
  Astrologia
  Signatum
  Artes incertae
  Medicina Adepta
  Philosophia Adepta
  Mathematica Adepta

 

Фигура третья. Кроме того, есть еще под­разделение на виды, и каждый род из ряда видов складывается.

Magia

  1. Описание сверхъестественных звезд 2. Перенос одного живого тела в другое
  2. Создание знаков и других благословений
  3. Создание Gamaheu и наделение их силой
  4. Картины и то, как они создаются
  5. Кабалистика и Кабала вместе с их силами

Nigromantia

  1. Сидерический и элементальный духи,

и как распознать их после смерти

  1. Как управлять этими духами
  2. Как направлять природные

Метеорические Воздействия

  1. Как навредить человеку, не вредя его телу
  2. Как делать вещи невидимыми и как этим пользоваться

Nectromantia:

  1. Visiones Speculare 2. Ars Berillistica
  2. Thesaurinella
  3. Abstracta retrahere
  4. Abscondita invenire 6. Adech Plumbeus
  5. Virgulta directa 8. Adech Somnialis
  6. Ars Lucis 10. Superstitio indirecta

11.Artes transversae

  1. Carbonis Speculum
  2. Scientiae perversae
  3. Ars literata

Astrologia

  1. Summus Motor
  2. Stellarum Cursus
  3. Firmamenti Natura
  4. Astorum Operatic
  5. Conceptionem declarare
  6. Concordantia cum Elementi
  7. Coelorum Proprietates
  8.  Prognosticationes Tempestatum
  9. Prognosticationes Temporales
  10. Prognosticationes Indiciales
  11. . Prognosticationes Accidentales
  12. Prognosticationes Medicae
  13. Novae generationis ventura

Signatum

I

Chiromantia Venarum

Chiromantia Manuum

Chiromantia Pedum

Chiromantia Linkarum

II

Physionomia Faciei

Physionomia Naris

Physionomia Otis

Physionomia Aurium

СЕКРЕТ ГИПЕРХИМИЧЕСКОГО ПОЛУЧЕНИЯ ЗОЛОТА ИЛИ ТАЙНА ЖОЛИВЕ-КАСТЕЛЛО

Возлюбленные чада! Все Философские писания, трактующие о высокой Герметической Медицине, суть не что иное, как лабиринт, в котором ученики искусства впадают в тысячи заблуждений и избирают ложные пути. Никто ещё из них до сего дня не обрёл истинный выход.
Ибо ежели блуждающим сим и представляется иногда лёгкий путь, по-видимому, к истинным внешним вратам их ведущий, то вскоре являются им неисповедимые закоулки, которые устрашающихся заключают в вечные темницы. Симже образом и в книгах мудрых представляются иногда лёгкие и явственные пути, которые при первом на них воззрении кажутся гладкими и лёгкими но ежели неосторожный работ ник им последует, то в бесчисленные заблуждения впадает. К сему присовокупляется ещё и то, что многие ложные огня работники обманывают многих ложными и злыми заключениями, продавая им ложь, и чрез химические работы свои и бумаги, которыми они легковерным обещают златые горы, посевая волчцы, пшеницу собрать желают. Чрез сие, будучи побуждён состраданием, предлагаю вам разумные и на истинном, естественном Искусстве основанные правила, которые назвал я моею настольною книгою и Химическою псалтирью. Ибо все искусство ясно и, так сказать, в картине очам вашим предлагается. Рассуждайте о правилах сих, рассмотрите, осмыслите их и утвердите ими разум ваш, и тогда избежите заблуждений. Ибо кто верит всякому обманщику без различия, тот самопроизвольно обманут бывает. Истинное Искусство окружено многими заблуждениями, которые вас легко сбить с толку могут.
И сего ради, прежде начатия работы, разберите причины естественных вещей с мудрым и непоспешным разумом; или не предпринимайте лучше дела сего: лучше употребить время на другие науки и здравые размышления, нежели претерпевать благозаслуженное наказание за дерзость и глупую бессмысленность.
Препоручаю вас Богу.

Писано в 1522 году.

1. Что ближе всего к совершенству, то легче всего в совершенство приводится.
2. Несовершенное ни чрез какое искусство совершенного не приемлет, ежели наперёд не будет очищено от смешанных с Меркурием и серою земных серы и нечистот, в чем совершенное лекарство удерживает преимущество.
3. Несовершенное сделать постоянным без духа и серы совершенного есть дело невозможное.
4. Философское небо разлагает все металлы в их первое вещество, то есть в Меркурий.
5. Кто пытается превращать металлы в Меркурий без Философского неба или без металлической живой воды (aqua vita) и соли, тот весьма заблуждается; ибо появляющаяся в Меркурии от других средств разведения нечистота может быть видимою даже невооружённым глазом.
6. Ничто совершенно постоянным сделаться не может, что нерушимо с постоянным соединено не будет.
7. Растопляемое золото может быть превращено и обращено в кровь.
8. Чтобы серебро сделать постоянным, не должно разводить его ни в порошок, ни в воду, ибо через сие разрушится оно до основания; но надлежит неотменно привести оное опять в Меркурий.
9. Серебро (кроме как чрез физическую тинктуру) не может быть превращено в золото, ежели не будет сделано текучим Меркурием. Таковым же образом и о прочих металлах судить должно.
10. Несовершенные тела приводятся в совершенство серебром и превращаются в чистое золото, ежели наперёд превращены в Меркурий и белою или красною серою к силе огня приуготовлены.
11. Каждое несовершенное тело, чрез предварившее возвращение в Меркурий и последовавшее за тем варение с серою на собственном огне, приводится в совершенство. Ибо из сего рождаются золото и серебро. Заблуждаются и тщетно работают те, которые Солнце и Луну хотят приуготовить другим образом.
12. Железная сера есть наилучшая. Будучи смешанной с золотою серою, она производит лекарство.
13. Не родится Солнце, если не было наперёд Луны.
14. Естество составляет вместе и варит минералы их мало-помалу; и сим образом все металлы производит оно из единого корня, до самого последнего конца металлов, который есть золото.
15. Меркурий съедает золото, разводит его в Меркурий и делает летучим.
16. Камень составлен из серы и Меркурия.
17. Ежели приуготовление Меркурия не изучено будет у искусившегося художника, то чрез чтение книг оно не приобретётся.
18. Приуготовление Меркурия в философский менструум называется также умерщвлением.
19. Исполнение сего Великого Делания превосходит все таинства природы; и ежели кому от Бога или от художника не откроется и делом не покажется, тот никогда из книг к оному не достигнет.
20. Сера и Меркурий суть вещество камня. Сего ради нужно знать Меркурий, дабы избрать лучший; благодаря чему камень сделается скорее.
21. Некоторый Меркурий сокрыт в теле и готов без всякого иного приуготовления; но трудное искусство извлечь его оттуда.
22. Меркурий не может быть превращён в золото или серебро и сделан быть постоянным, кроме как посредством Великого Делания.
23. Развести и сделать постоянным есть одно и то же; делается тою же вещью и в том же сосуде.
24. Что съедает Меркурий и делает его неподвижным, то же и красит его через одну и ту же работу.
25. При сём деле наблюдать должно четыре степени огня: в первом Меркурий распускает своё тело; во втором Меркурий высушивает серу; в третьем и четвёртом Меркурий делается неподвижным.
26. Вещи, повсюду между собою смешанные, через малейшее нерушимо связуются, как, например, снег в воде смешивается.
27. Разные простые вещи чрез гниение своё производят другие.
28. Форма и вещество неотменно должны быть единого рода.
29. Сера и меркуриальная сила одного рода, он производит золото и серебро; и сера есть оное чистое золото и серебро, не в том виде, в котором мы видим глазами: но чрез который они в Меркурий разводятся.
30. Без Философского разведения золота в Меркурии может из золота извлечена быть твёрдая масленность, которая вместо ферментации служит к рождению золота и серебра и для сокращения дела употребляется. Гебер называет оную Ребис.
31. В Меркурии разведённые металлы могут быть опять составлены в тело, ежели прибавится к ним несколько кисления; иначе сохраняют они беспрестанно вид Меркурия.
32. Философское небо, или винный камень, превращающий все металлы в Меркурий, есть металлическая живая вода мудрых. Так они разведённые дрожжи и называют.
33. Сера и Меркурий состоят из одинакового естества.
34. Философский камень есть не что иное, как золото и серебро, которое одарено совершенною и драгоценною тинктурою.
35. Золото и серебро имеют в собственном роде своём столь много достаточных богатств, которые чрез приуготовление их могут быть приведены и превращены в естество и силу кисления, что количество оных может быть умножено.
36. Два высочайших крайних конца находятся в Меркурии, то есть: великая незрелость и весьма великое отварение.
37.Мудрые наблюдают правило сие: что каждая сухая вещь тем скорее впитывает влажность своего рода.
38. Известь применённого серебра впитывает поспешно свой Меркурий, это и есть минеральное основание мудрых.
39. Сера есть душа; Меркурий же вещество.
40. Меркурий чрез серу несовершенных металлов сам делается твёрдо-несовершенным телом и превращается в металлический род того несовершенного тела, коего серою сделался он жёстким и твёрдым.
41. Совершенно невозможно из серы несовершенных металлов получить золото и серебро. Каждая вещь не может дать ничего более того, что в себе имеет и содержит.
42. Меркурий есть женское семя всех металлов и менструум их, ежели искусством искусного работника к сему приведён будет: ибо через исполнение Великого Делания приемлет он и проходит свойства всех металлов, до самого золота.
43. Дабы тинктура получила красный цвет, Меркурий должен быть одушевлён единым златоокислением; ежели же хочешь иметь цвет белый, то среброокислением.
44. Философское дело может быть сделано с лёгкою работою и без великих издержек, во всяком месте, во всякое время и каждым человеком, ежели только имеет подлинное и достаточное вещество.
45. Сера из золота и серебра содержит духов в их родах.
46. Сера золота и сера серебра суть истинные мужские семена камня.
47. Все, что имеет содержащуюся в нем и неподвижно творящую силу, неотменно должно быть твёрдо и пребывающе.
48. Тинктура, несовершенному совершенство присвояющая, проистекает из источника Солнца и Луны.
49. Кто употребляет серу Венеры, тот заблуждается.
50. Венере не дано ничего от естества, необходимого для исполнения Великого Делания или пригодного к совершению Солнца и Луны.
51. Примечай: ежели Солнце обращено в Меркурий прежде совокупления менструума его, то оно ни душою, ни кислением даже серою быть не может и ни к чему не полезно.
52. Когда дело приведено будет к концу, то чрез повторжение может оно стать огненным.
53. Для сокращения дела совершенные тела должны быть приведены в текучий Меркурий и в сухую воду: дабы приняли кисление.
54. Приуготовление Меркурия, совершаемое чрез сублимацию (и происходящее затем возбуждение), есть лучше, нежели делаемое чрез амальгамацию.
55. Душа не может принять иного вида, как только от приходящего духа, который есть не что иное, как золото, обращённое в Меркурии.
56. Меркурий приемлет образ Солнца помощью духа.
57. Разведённое в Меркурий золото есть дух и душа.
58. Сера мудрых, тинктура и кисление значат одно и то же.
59. Обыкновенный Меркурий делается равным всем телесным Меркуриям и подобию их и естеству подходит всего ближе.
60. Кисление делает Меркурий тяжелее весом.
61. Ежели обыкновенный Меркурий не будет одушевлён, то ни к частному, ни к универсальному ничего не приносит.
62. В истинно умерщвлённом Меркурии впечатлена уже душа.
63. Золото может быть приготовлено к кислению таким образом, что одна часть может одушевить десять частей; сие дело не имеет конца.
64. Меркурий совершенных тел находится в сердцевине обыкновенного Меркурия и тел несовершенных; но искусство извлечь его оттуда есть самое труднейшее.
65. Иногда обыкновенный Меркурий через возвержение камня превращён бывает в Солнце или Луну; через что он возвышается и сделан быть может равным телесному Меркурию.
66. Обыкновенный одушевлённый Меркурий есть величайшее таинство.
67. Меркурий всех металлов с прекращением делания превращается в золото или серебро.
68. Влажная и тихая теплота огня называется Египетскою.
69. Достойно примечания, что мать обыкновенного серебра не есть серебро, но некоторый Меркурий, который свойствами своими равняется Луне.
70. Металлическое серебро мужского естества.
71. Обыкновенный Меркурий из-за неплодоносной хладности принимает естество женское.
72. Меркурии полуметаллов имеют великое сходство с естеством серебра.
73. Все вещи произведены через Солнце и Луну, то есть из двух сущностей.
74. Муж и жена, то есть Солнце и Меркурий, соединяются в одно.
75. Обыкновенный Меркурий без приуготовления не годится к делу.
76. Четыре Сатурна, Меркурий и Солнце совершают сочетание золота, то есть мужского и женского кисления.
77. При завершении разведения золото вновь обращается в Меркурий.
78. Без гниения никакое разведение не совершается.
79. Гниение продолжается и распространяется до белизны.
80. Очищение духа есть великое таинство, чрез которое приуготовляется менструум; ибо чрез сие разводится золото.
81. Меркурий разводит золото в образе воды его, то есть в текучий Меркурий, который есть он сам.
82. Разведение есть основание сушения жидкостей.
83. Когда золото обратится в текучий Меркурий, то недолго остаётся оно в том же виде.
84. Кисление высушивает Меркурий, делает его тяжелейшим и постояннейшим.
85. Солнце называется Философским кладезем.
86. Вещество обращается чрез гниение в густоту, или ил, который есть начало сгущения жидкостей.
87. Есть ещё более лёгкий путь, посредством которого у золота и серебра отнимается их сера; этим путём всякий Меркурий постоянно превращается в золото и серебро.
88. Вещество не должно никогда снимаемо быть с огня. Кто поступает иначе, тот портит дело.
89. Когда вещество достигло чёрного цвета, то нужно употреблять вторую степень огня.
90. Мытье мудрых есть только подобие, ибо единый огонь все совершает и улучшает.
91. Яд и нечистота прогоняются силою огня без всякого прибавления. Один огонь сей все производит.
92. Огонь через проницающую силу свою очищает и возвышает во сто крат более, нежели какая ни есть вода.
93. Как скоро при жизни и при рождении какой-либо вещи огонь погасает, так же скоро нападает смерть на вещь растущую.
94. Дух есть теплота.
95. Вещество, достигшее белого цвета, не может уже быть растлено.
96. Всякое растление вещества означается смертным ядом.
97. Склянка, или сосуд, называется матерью.
98. Так же как тяжесть до бесконечности умножаться не может, так и сила серы не может быть далее распространённою, нежели только до некоторых пропорциональных пределов.
99. Надлежит отметить вопрос: для чего мудрые вещество камня своего называют менструум?
100. Сера заслуживает названия формы, а менструум материи.
101. Менструум представляет маловажные и низкие стихии, то есть землю и воду; сера же оба вышние, огонь и воздух, как мужские действующие существа.
102. Ежели ты разобьёшь яичную скорлупу так, что яйцо выльется, то ничего доброго не сделается. Равным образом, ежели ты откроешь сосуд и вещество ощутит воздух, то никогда ничего не сделается.
103. Кальцинация Меркурия в реверберирной печи гораздо лучше всякой другой.
104. Изречения философов надлежит прилежно примечать, ибо через сублимацию разумеют они разведение тел в Меркурий посредством огня первой степени; сему последует вторая работа, которая есть напоение Меркурия серою; третье есть делание Меркурия неподвижным в совершившемся и совершенном теле.
105. Число заблуждающихся и отрицающих бытие Меркурия бесчисленно, поскольку он есть в своём виде; они же такого мнения, что с совершенными телами амальгамированная известь и есть субъект камня и вещества.
106. Белое лекарство приводится в совершенство в огне третьей степени. Но прежде белого лекарства не надлежит употреблять степень сию; иначе дело испортится.
107. Четвёртая степень огня рождает красное вещество, в котором являются многие цвета.
108. Ежели дело после белого цвета не приведено будет до высочайшей красноты, то пребудет оно несовершенно, касательно не только белой, но и красной тинктуры; и сим образом оставляется оно мёртвым, доколе не достигнет красноты
109. После пятой степени Персидского огня вещество получает новые силы.
110. Дело не завершено, ежели лекарство не делается подобным мази и как воск.
111. Дело угощения совершается тремя или четырьмя мерами Меркурия, который есть начало камня.
112. Увощение белого лекарства производится через белую воду, без одушевлённого серебром Меркурия. Увощение же красной тинктуры производится через Меркурий, одушевлённый золотом.
113. Довольно уже, ежели вещество после увощения уподобится свинцу или тесту.
114. Повторяй увощение столь долго, пока не выдержит совершенного опыта.
115. Ежели Меркурий, которым упоено лекарство, будучи обращён в дым, улетает от него, то сие ничему не вредит, не смущайся, ибо вещь сия опять упадёт вниз.
116. Когда лекарство хорошо упоено, то изъясняет оно загадку о Царе, из кладезя возвращающемся.
117. Ежели золото, которое обыкновенным Меркурием приведено в первую меркуриальную воду свою, простынет, то дело портится.
118. Мудрые сохраняют вещество, натурою приуготовленное и сваренное, и иногда приводят оное в первое вещество; ибо каждая вещь, возвращаясь туда, где она имеет своё начало, расходится неразделимо, подобно как снег в воде.
119. Мудрые приводят годы в месяцы, месяцы в недели, а сии во дни.
120. Первое варение Меркурия, натурою совершаемое, есть единственная причина несложного совершенства его, которого он превзойти не может. Ибо должно помогать несложности его, когда наше золото ищут в собственной земле его, которая есть не что иное, как чистый Меркурий, мало и несовершенно естеством варенный.
121. Через второе варение Меркурия после естественного сила Меркурия умножается в десять крат.
122. Но меркуриальный камень делается чрез повторяемое варение с прибавлением золота; и сим образом как муж, так и жена варятся двоекратно.
123. Золото кладут в Меркурий для того, чтобы оно разведено было в серу. Потом варится оно в Философский камень.
124. Каждые рассматривают ежеминутно Философский Меркурий, однако же не познают и не разумеют его.
125. Каждый Меркурий, какого бы происхождения он ни был, праведно содержит вещество камня и хорошо сохранил оное.
126. Всякая вещь, из которой извлечь можно Меркурий, подвержена Философскому лекарству.
127. Кто писание мудрых приемлет и разумеет буквально, тот заблуждается весьма грубо; ибо все они говорят, что только один есть Меркурий.
128. Каждый Меркурий превосходит другой в теплоте, сухости, варении, чистоте и совершенстве, ежели он приуготовлен без уничтожения и потери вида его и от излишества своего очищен; в этом и состоит сокровище и таинство камня.
129. Ежели бы приуготовление обыкновенного Меркурия любителям мудрости известно было, то не было бы нужды искать более Философского Меркурия, также никакие другие металлические и меркуриальные жизненные воды; ибо приуготовление обыкновенного Меркурия все сие в себе содержит.
130. Каждый металлический и минеральный Меркурий посредством постепенного восхождения может быть выварен и возвышен до свойств других меркуриальных тел, даже до золотых. Оттуда же может он быть приведён к силе и свойству всякого желаемого металлического тела.
131. Обыкновенный Меркурий прежде надлежащего приуготовления не есть Философский Меркурий; после же приуготовления прилагается ему имя Философского Меркурия; ибо тогда содержит уже он в себе точный способ и истинный путь, позволяющий извлекать Меркурий из других металлов. Он же есть начало величайшего делания.
132. Когда обыкновенный Меркурий приуготовлен, то должно почитать его за металлическую живую воду.
133. Страждущий Меркурий и менструум не должны терять внешнего вида Меркурия.
134. Кто вместо текучего Меркурия употребляет сублимированный или в порошке кальцинированный, или даже преципитированный, таковой заблуждается и весьма себя обманывает.
135. Кто для совершения философского дела превращает Меркурий в чистую воду, тот весьма заблуждается.
136. Произвести Меркурий из чистой обыкновенной речной воды может одна только Природа, и никто иной.
137. Неотменно требуется в великом физическом делании, чтобы сырой Меркурий превратил золото в Меркурий.
138. Когда Меркурий приведён обратно в воду, тогда разводит он и золото в воду; а для делания камня весьма нужно, чтобы он разведён был в Меркурий.
139. Семя и менструум должны иметь одинаковый внешний вид.
140. В учении мудрых сказано, что мы необходимо должны побуждать естество. Итак ежели менструум сух, то тщетно ожидать разведения.
141. Семя камня должно быть принято в виде подобном и близком металлам.
142. Необходимо воспринимать семя Философского лекарства, которое заключает в себе обыкновенный Меркурий.
143. Таинство всех таинств камня есть то, чтобы знать, что Меркурий есть вещество и в то же время менструум и что Меркурий есть вид тел совершенных.
144. Меркурий один сам по себе мало способствует к рождению.
145. Меркурий есть стихия земли, к которому надлежит приложить одну грань Солнца.
146. Семя золота не состоит единственно в умножающем множестве, но также и в силе оного.
147. Совершенный Меркурий для дела рождения требует жену.
148. Каждый Меркурий происходит из двух стихий и в них участвует: сырой из воды и земли; варёный из огня и воздуха.
149. Кто хочет Меркурий приуготовить и возвысить в металл, тот должен приложить несколько кисления, дабы он мог быть возвышен до таковой металлической степени, как нам хочется.
150. Высочайшее таинство всего дела состоит в физическом разведении в Меркурий и в возвращении в первое вещество.
151. Разведение золота должно производиться согласно природе, а не чрез ручную работу.
152. Когда золото соединится или сочетается со своим Меркурием, то приобретёт вид золота, большее же приуготовление находиться будет в извести.
153. Задача между мудрыми: когда Меркурий серебра соединён будет с Меркурием золота, имеют ли они место в Философском менструуме?
154. Меркурий серебра содержит естество мужское; но два мужа столь же мало рождать могут, как и две жены.
155. Эликсир состоит в том, чтобы он был извлечён и чтобы избрана была чистейшая сущность Меркурия
156. Кто хочет работать, да работает в разведении и возгонке при двух свечах.
157. Золото делает золотой цвет, а серебро серебряный; но кто умеет красить золотом или серебром Меркурий, тот постигает тайну.

Дружелюбный читатель!

Теперь ты имеешь философские правила, без которых, кто бы ты ни был, не сможешь достигнуть желаемого конца. Употребляй их с благодарным сердцем. Будь благодетелен, благочестив и богобоязнен. Действуй с благоразмышлением и не предпринимай никаких работ, пока не будешь иметь совершенного понимания вещей. Тогда уже, несомненно, в страхе Божием, можешь приступать к делу. Премудрость, которой ты служишь, ни в каком счастье тебе не откажет. Живи счастливо и будь блажен!